Окончился «униатский» Собор в Бресте, а также Собор православных, отвергших унию. Брестская уния

История государства и права Украины: Учеб, пособие Музыченко Петр Павлович

5.7. Наступление католицизма. Берестейская (Брестская) церковная уния

5.7. Наступление католицизма. Берестейская (Брестская) церковная уния

После Люблинской унии резко усиливается польско-католическая экспансия на украинские земли. Против католической пропаганды решительно выступали православные церковные братства, которые впоследствии превращаются в центры народно-освободительной борьбы украинского народа. Реформационный дух, который захватил в XVI в. всю Западную Европу, возродил к жизни и православную Церковь.

Реформационное движение. Положительным моментом реформаторских движений было пробуждение интереса к родному языку. Был осуществлен перевод Святого Писания на украинский язык (1561), основаны типографии (1578), откуда в мир выходили православные книги.

Реформационное движение в Западной Европе вызвало негативную реакцию католической церкви, которая начала против него беспощадную борьбу.

Еще в 1534 г. был основан орден иезуитов, который сконцентрировал значительные интеллектуальные силы и взял в свои руки дело воспитания молодежи. В 1564 г. король Сигизмунд II Август пригласил иезуитов в Польшу. Одержав победу над протестантами, иезуиты сосредоточились на критике схизматов, которыми они называли православных. Вскоре, после 1569 г., они устремились в Украину, основывая свои коллегии во Львове, Каменце, Луцке, Виннице, Киеве.

Активно действовали иезуиты на политическом поприще. Они создали теорию единства государства и католической церкви, обосновав идею польского мессианства, которую прежде всего должен был принять украинский народ. К этому необходимо добавить унизительное положение православных, лишение их права занимать высшие должности, а православных священников - заседать в Сенате вместе с католическими епископами, проводить церковные обряды по православному образцу и т. д. Все это отрицательно сказалось на положении православной церкви.

Украинская знать, которая не хотела расставаться со своим социальным статусом, стала отказываться от православной веры. За короткое время в католическую веру перешли Заславские, Вишневецкие, Слуцкие, Масальские, Чарторыйские, Коропинские, Сангушкиидр. Только считанные роды украинских магнатов оставались преданными старой вере. Давние традиции доминировали среди мелкой украинской шляхты, но политически и экономически эта социальная группа была весьма слабой, чтобы остановить процесс окатоличивания и полонизации. Измена господствующей верхушки украинской знати имела тяжелые последствия для всего народа. Украина утратила социальную группу, которая могла оказывать влияние на политику Речи Посполитой с учетом интересов украинского народа.

Берестейская (Брестская) церковная уния 1596 г. С момента раскола христианской церкви в 1054 г. идея воссоединения рассматривалась как католиками, так и православными. Наиболее близкой к осуществлению эта идея была на Флорентийском соборе 1439 г. Но на пути христианского единства всегда стояли столетия обоюдных обвинений и подозрений.

В XVI в. католическая церковь подчинила вопрос верований своим экономическим и политическим интересам. Уния церквей рассматривалась Ватиканом не как возврат к тому положению, которое было в христианстве до раскола, а как присоединение православной церкви к католической с обязательным утверждением верховенства Римского Папы и признания католических догматов единственно истинными. Следовательно, речь шла не об объединении на равных принципах, а о присоединении восточной православной церкви к западной.

Усиление крепостного права обострило социальные конфликты в Украине. Страх перед взрывом народного гнева часто был причиной, которая удерживала переход верхушки украинской шляхты и духовенства в католицизм. Тогда в Речи Посполитой решили изменить религию украинского народа, для чего задумали создать новую, униатскую церковь, которая должна была стать переходным мостиком к полному господству католицизма на украинских земляк, сохраняя при этом обряды православия, службу на церковнославянском языке и календарь, но признавая при этом административное главенство Ватикана.

В 1582 г. Папа Григорий XIII провел реформу календаря, которая еще более усилила расхождение между католиками и православными. Отныне они праздновали христианские религиозные праздники (Рождество, Пасху и др.) в разное время.

Как ни удивительно, но непосредственная инициатива заключения унии исходила от православной стороны. В 1590 г. православный епископ Львова Балабан поднял вопрос об унии с Римом на тайной встрече православных епископов в Белзе. Кроме Балабана более детально изучить этот вопрос согласились еще три епископа. В июне 1595 г. они решили заключить унию с Римом. В конце 1595 г. Папа Климент VIII объявил об официальном признании унии.

Когда известие об унии дошло до украинского народа, возмущению и гневу не было предела. Для решения конфликта в начале октября 1596 г. в Берестье (позже Бресте) был созван церковный собор для официального провозглашения унии. Собор сразу же раскололся на два отдельных собора - православный и униатский.

Униатский собор под руководством киевского митрополита М. Рогозы подписал унию, присягнул на верность Папе Римскому, хотя никаких полномочий на этот акт от константинопольского патриарха он не имел.

Православный собор отбросил унию и объявил о лишении духовной власти отступников. Участники собора, которых было значительно больше, чем участников униатского собора, подписали протест против унии и послали его с делегацией королю. Однако Сигизмунд II Август утвердил решение униатов.

В соответствии с этим решением униатское духовенство, как и католическое, освобождалось от налогов; шляхта, которая приняла унию, получала право занимать государственные должности наравне с католической шляхтой. Правительство считало унию обязательной для всех православных на территории Речи Посполитой. Следовательно, православная церковь стала по сути противозаконной.

То, что начиналось как намерение осуществить объединение христианской паствы, закончилось еще большим расколом, поскольку теперь вместо двух существовало три церкви: католическая, православная и униатская, или греко-католическая. Однако несмотря на угрозы польского правительства, православные выступили на защиту своей веры. Только неблагоприятное внешнеполитическое положение Речи Посполитой в начале XVII в. вынудило сейм в 1603 и 1607 гг. сделать ряд уступок. В частности, сейм объявил о прекращении преследования православных.

Борьба украинского народа против унии, особенно сопротивление казачества в начале 30-х годов XVII в., не утихала, и польское правительство вынуждено было издать “Статьи для успокоения русского народа” , которые узаконивали существование православной церкви. Однако истинного уравнения в правах с католиками православные так и не получили.

Из книги Давний спор славян. Россия. Польша. Литва [с иллюстрациями] автора

Глава 10. СИГИЗМУНД ІІІ И БРЕСТСКАЯ УНИЯ 2 (12) декабря1586 г. умер Стефан Баторий. 20 декабря об этом стало известно в Москве. Недавний опыт показал, как важно было для Москвы избрание короля в Польше. Поэтому Борис Годунов и другие бояре решили выставить кандидатуру царя

Из книги Русь и Литва автора Широкорад Александр Борисович

Глава 23 Шведский король и Брестская уния 2 (12) декабря 1586 г.{207} умер Стефан Баторий. 20 декабря об этом стало известно в Москве. Недавний опыт показал, как важно было для Москвы избрание короля в Польше. Поэтому Борис Годунов и другие бояре решили выставить кандидатуру царя

Из книги Россия в средние века автора Вернадский Георгий Владимирович

Глава VIII. БРЕСТСКАЯ ЦЕРКОВНАЯ УНИЯ 1. Введение Объединение римско-католической и греко-православной церквей представлялось естественным и величественным каждому верующему в единство Вселенской Христианской Церкви. В Восточной Европе XVI века этот идеал был извращен

Из книги Польша. Непримиримое соседство автора Широкорад Александр Борисович

Глава 3 Сигизмунд III и Брестская уния 2 (12) декабря 1586 г. умер Стефан Баторий. 20 декабря об этом стало известно в Москве. Недавний опыт показал, как важно было для Москвы избрание короля в Польше. Поэтому Борис Годунов и другие бояре решили выставить кандидатуру царя

Из книги Учебник русской истории автора Платонов Сергей Федорович

§ 92. Брестская уния 1596. Религиозная борьба и деятельность братств Что касается до церковной унии православия с католичеством, то, как мы знаем (§ 45), такая уния была провозглашена еще в XV в., но на деле не удалась. После же Люблинской унии мысль о подчинении Риму

Из книги Неизвращенная история Украины-Руси Том I автора Дикий Андрей

После Люблинской унии, Брестская Уния Бывшей унией чисто политической, руководители политики Речи Посполитой начали подготовку и к унии религиозной, которая по их замыслам должна была сначала приблизить православие к католицизму, а потом и окончательно поглотить

Из книги Украина: история автора Субтельный Орест

Брестская уния 1596 года Идея воссоединения католической и православной церквей в принципе не отвергалась ни той, ни другой с самого момента их раскола в 1054 г. В Украине первые попытки объединения церквей имели место еще в XIII в., а после Флорентийского собора 1439 г. идея эта

Из книги 500 знаменитых исторических событий автора Карнацевич Владислав Леонидович

БРЕСТСКАЯ УНИЯ Устанавливая свою власть в западнорусских, западноукраинских землях, поляки постоянно сталкивались с проблемами религиозного характера. Будучи истовыми католиками, они стремились распространить свою религию и на покоренные территории. Однако сделать

Из книги Краткий курс истории Беларуси IX-XXI веков автора Тарас Анатолий Ефимович

Брестская церковная уния (1596 г) Проект унии предложили в 1595 году Михаил Рагоза (митрополит Киевско-Галицкий и всея Руси) и семь епископов. Это Гедеон Балабан (епископ Львовский, Галицкий и Каменецкий), Дионисий Збируйский (епископ Холмский и Белзский), Михаил Копыстенский

Из книги Хронология российской истории. Россия и мир автора Анисимов Евгений Викторович

1596 Брестская уния Создание Речи Посполитой привело к распространению католицизма на восточные территории, заселенные православными. Епископат православной церкви на Украине и в Белоруссии был обеспокоен своим положением в католическом государстве. В начале 1590-х гг.

Из книги История Украины с древнейших времен до наших дней автора Семененко Валерий Иванович

Брестская церковная уния На протяжении XVI–XVII веков в Европе окончательно сформировались основные национально-религиозные идеологии. В результате католицизм победил в Испании, Италии, Польше, Франции, протестантизм - в Голландии, англиканство - в Британии,

Из книги История Украины. Научно-популярные очерки автора Коллектив авторов

Брестская церковная уния 1596 г. и религиозное противостояние на Руси Вторая половина XVI в. в истории Европы обозначилась мощным развитием контрреформационного движения. Его начало было положено постановлениями Тридентского собора 1545–1563 гг., участники которого

Из книги Пропавшая грамота. Неизвращенная история Украины-Руси автора Дикий Андрей

После Люблинской Унии. Брестская Уния Бывшей унией чисто политической, руководители политики Речи Посполитой начали подготовку и к унии религиозной, которая, по их замыслам, должна была сначала приблизить православие к католицизму, а потом и окончательно поглотить

Из книги История Украины автора Коллектив авторов

Церковная уния Для подчинения восточных областей польские власти использовали старую идею объединения христианских церквей, существовавшую с момента их раскола в 1054 г. Покровительство Константинопольского патриарха братствам, раздававшим грамоты на ставропигию,

Из книги История Украины автора Коллектив авторов

Брестская уния Подавление казацкого восстания открыло путь для провозглашения церковной унии. В октябре 1596 г. в Бресте для торжественного объявления про объединение церквей был созван собор. В нем участвовали экзархи константинопольского и александрийского

Из книги Родная старина автора Сиповский В. Д.

Церковная уния Приезд патриарха вскрыл страшные язвы, которыми страдала Западнорусская церковь, обнаружил их во всей их неприглядности. Меры, принятые патриархом, оказались бессильными помочь беде. Все это послужило только на пользу врагам православия. Многие ревнители

Брестская церковная уния 1596 года

Берестейская (Брестская) церковная уния 1596 г. - объединение православной церкви Украины и Беларуси с католической церковью в 1596 г. при подчиненности православной церкви Папе Римскому, признании основных католических догматов и сохранении православной обрядности. Она была провозглашена на церковном соборе в Бресте. В результате Брестской церковной унии образовалась Украинская греко-католическая церковь (униатская церковь).

Предпосылки заключения Брестской унии

После церковного раскола 1054 г. делались неоднократные попытки объединить католичество и православие в единое целое. В 1439 г. состоялся Флорентийский Вселенский собор (Италия). На нем был провозглашен союз католической и православной церквей. Но православное население и духовенство ВКЛ не поддержали Флорентийскую унию.

Проблему унии неоднократно поднимали и великие князья литовские. Она приобрела важность после крещения Литвы по католическому обряду в 1387 г. В результате католические феодалы и католическое духовенство заняли господствующее положение в стране, что вызывало недовольство православного населения. Поэтому княжеская власть желала объединить феодалов Княжества, расширить связи с Западной Европой посредством церковной унии. Например, этого желал Витовт. При нем киевский митрополит Григорий Цамблак во главе посольства был направлен в немецкий город Констанц. Там в 1418 г. проходил Вселенский собор. Но переговоры об унии не имели успеха. Новую и тоже неудачную попытку заключить церковную унию в конце XV - начале XVI в. предприняли великий князь литовский Александр Казимирович и митрополит Иосиф Болгаринович.

И только после образования Речи Посполитой идея церковного единства вновь приобрела актуальность. Этому содействовало реформационное движение. Появление протестантизма давало возможность сформировать и униатскую (греко-католическую) церковь. К тому же в церковном союзе были заинтересованы определенные силы.

В первую очередь инициатором объединения выступал католический Рим. Из-под влияния римских пап выпали значительные территории Европы. Ряд стран в результате Реформации приобрели протестантский характер, а Балканский полуостров захватили мусульмане-турки. Чтобы компенсировать эти потери, католическая церковь стремилась расширить влияние на востоке за счет православных земель. Осуществить это можно было путем преобразования православной церкви ВКЛ в греко-католическую.

Римских пап поддержал король Речи Посполитой Сигизмунд III Ваза. Он с помощью церковной унии стремился вывести православное население Княжества из-под влияния Российского государства, поскольку московские цари считали себя заступниками православных и на литовских землях. Напомним, что этот фактор стал одной из причин пограничных войн на рубеже XV-XVI вв.

Желали унии и православные епископы Великого Княжества Литовского, например Ипатий Потей, Кирилл Терлецкий и др. Они таким образом рассчитывали сохранить свои владения, достичь равенства православной церкви с католической, получить права католических епископов, обрести доступ к государственной власти. Их позиция объясняется и тем, что во второй половине XVI в. православная церковь в ВКЛ под влиянием реформационного движения переживала кризис. Многие православные магнаты и шляхта стали переходить в католичество. Поэтому часть православных епископов предложила созвать церковный собор, чтобы создать униатскую церковь.

В 1577 г. вышла книга Петра Скарги «О единстве церкви Божьей». В ней знаменитый публицист и богослов утверждал, что единственным выходом из тяжелого для православной церкви ВКЛ положения является восстановление Флорентийской унии. Книга была адресована известному защитнику православия князю Константину Острожскому, во владениях которого насчитывалось около 600 православных храмов.

П. Скарга предложил свой план унии, предусматривавший следующие положения: зависимость киевского митрополита от римского папы, признание верховенства Рима над православными верующими, сохранение за православными прежних обрядов.

В декабре 1594 г. епископы И. Потей и К. Терлецкий тайно составили декларацию унии, которую провозгласили весной следующего года. Верхи православного духовенства ВКЛ направили Потея и Терлецкого к королю Речи Посполитой. Сигизмунд III Ваза поддержал церковный союз и обратился с соответствующим призывом к населению. 23 декабря 1595 г. папа римский торжественно провозгласил унию и приказал выбить медаль в честь этого события. Теперь необходимо было утвердить унию в Великом Княжестве Литовском.

В октябре 1596 г. в Свято-Николаевской церкви Бреста заседал церковный собор. На нем присутствовали 200 представителей католической и православной церквей ВКЛ. Противники унии собрались отдельно. Переговоры между сторонами результатов не дали. Но акт унии был утвержден.

Брестский собор принял решение о создании униатской церкви. Вероучение новой церкви было православным, а сами униаты подчинялись папе римскому. Обряды в новой церкви оставались прежними, православными. Не изменился и язык богослужений.

После принятия унии Киевская митрополия вышла из подчинения константинопольскому патриарху. Православная церковь на территории ВКЛ была запрещена, а ее приходы стали униатскими.

Дело дошло до насильственных действий с обеих сторон. В 1609 г. виленский православный братчик Иван Тупека с саблей бросился на И. Потея, когда тот проходил через местный рынок. А в 1623 г. жители Витебска убили униатского архиепископа Иосафата Кунцевича, которого за жестокость прозвали «душехватом». Он насильственно насаждал унию на территории Полоцкой епархии, где православная церковь имела глубокие древние корни. Горожане жаловались на него: «Тот же епископ полоцкий пять лет держит в Орше и в Могилеве церкви запечатанные, в Полоцке и Витебске нет ни церкви, ни дома, где позволено в городе богослужение. Поэтому горожане должны по воскресеньям и на другие праздники слушать службу в поле за городом и то без священника, так как ему запрещено жить в городе и окрестностях...» В ответ на расправу папа римский потребовал наказать город. Витебск утратил магдебургское право. Городская ратуша была разрушена, а со всех храмов сняли колокола. Девятнадцать человек казнили.

Уния не объединила общество, а, наоборот, разобщила. Многочисленные народные выступления принудили короля Речи Посполитой восстановить православную церковь в ВКЛ. Без согласия папы римского это совершил Владислав IV Ваза. В 1632 г. киевским митрополитом был назначен Петр Могила (1632-1647) - высокообразованный церковный и политический деятель. Православные получили три епархии (Луцкую, Перемышльскую, Могилевскую), а униаты - четыре (Владимиро-Брестскую, Холмскую, Пинско-Туровскую, Смоленскую) и Полоцкое архиепископство.

В 1630-е гг. униатские митрополиты реформировали церковь. Был создан монашеский орден базилиан (Святого Василия Великого), началась подготовка опытных униатских священников, налаживалось школьное образование. Уже в конце XVIII в. униатская церковь имела на территории Беларуси более тысячи приходов, объединявших около 70 % всего населения.

Быстрое распространение униатской церкви объясняется ее поддержкой со стороны верховной власти страны. Униатское духовенство приложило много усилий, чтобы греко-католическая церковь была тесно связана с повседневной жизнью простого народа. В храмовой службе униаты пользовались польским, церковнославянским, белорусским и даже латинским языками. А в обыденном общении с крестьянами и мещанами они разговаривали с народом на белорусском «наречии».

Правда, верхам униатского духовенства не удалось обрести тех прав, которыми пользовались католические священники. Почти до конца существования Речи Посполитой униаты так и не были представлены в Сенате страны. Государственная власть считала греко-католическую церковь второстепенной. Историки полагают, что униатство способствовало сохранению культурно-языковой традиции белорусов и препятствовало полонизации города и деревни.

Основные причины заключения унии для православных епископов.

Для православных епископов основными причинами заключения унии были:

а) недовольство вмешательством в церковные дела организованного в братства мещанства;

б) желание освободиться от своей подчиненности восточным патриархам, которые не имели достаточной власти для защиты состояния православной церкви в Речи Посполитой;

в) необходимость сохранить свое привилегированное положение в новом государстве и добиться равенства с католическими епископами, которые заседали в сенате, имели титулы «князей церкви» и подчинялись только власти Папы и короля;

г) саму унию православные епископы рассматривали как равноправное объединение церквей под руководством Папы Римского, который после захвата турками Константинополя оставался единственным высшим церковным иерархом, который имел реальную власть.

Основные причины заключения унии для католических священников и польской шляхты. Католические священники и польская шляхта рассматривали унию как: возможность увеличить количество подвластных Ватикана приходов за счет православной церкви при невозможности прямого насаждения католицизма в Украине, которая имела устойчивые долголетние традиции православия.

Тайные переговоры. В 1590 г. часть православных епископов вступила в тайные переговоры с польским королем Сигизмундом III, выразив желание присоединиться к католической церкви. В 1595 г. епископы Луцкий К. Терлецкий и Владимирский И. Потий после издания королем универсала, в котором он сообщал о переходе православных епископов к унии, отправились в Рим и признали власть Папы Римского. В октябре 1596 г. король Сигизмунд III и киевский митрополит М. Рогоза по поручению Папы Римского Климентия VIII созвали в Бресте церковный собор для официального провозглашения унии.

Раскол собора. Провозглашение унии. Однако собор сразу раскололся на два отдельных собора - православный и униатский:

Православный собор отклонил унию; униатский - провозгласил унию, признал власть Папы Римского, принял основные догматы католической церкви, сохранив однако православные обряды и белорусский язык. Униатское духовенство, как и католическое, освобождалось от налогов, униатская шляхта получила право занимать государственные должности наравне с католической шляхтой, а униаты-мещане уравнивались в правах с католическим мещанством.



Начало государственно-церковного соперничества между Вильней и Москвой.

Уже первые великие киевские князья понимали, что независимая церковь укрепляет суверенитет государства. Поэтому на митрополитский престол они стремились посадить не назначенного из Константинополя грека, а своего – киевского, смоленского, полоцкого – священника. Позже к этому же стремились великие князья литовские и московские.

Проблема автономии западноправославной церкви была очень важной в политической деятельности великих князей литовских. Около 1320 года великий князь Гедемин добился открытия новой митрополии с центром в Новогрудке, в которую входили Полоцкая и Туровская епархии.

Великий князь Альгерд приложил значительные усилия, чтобы переместить духовно-административный центр восточнославянского православия в ВКЛ. В 1354 году он попробовал посадить на митрополию в Киеве своего свояка Романа. Его соперником выступил московский ставленник Алексий. В конце концов Константинополем было принято компромиссное решение: Алексий стал митрополитом, а под власть Романа кроме Полоцкой и Туровской епархий оддавались Владимиро-Волынская, Луцкая, Холмская, Галицкая и Перемышльская.

После присоединения к ВКЛ Чернигова и Брянска Роман стал и брянским епископом.

В 1373 году в ВКЛ появился посланец константинопольского патриарха иеромонах Киприан Цамблак. Он вошел в доверие к Альгерду и с согласия


Константинополя был поставлен митрополитом "киевским, галицким и всея Руси“(1375). Москва категорически отвергла его в этом качестве. В 1378 году, после смерти московского митрополита Алексия, Киприан приехал в Москву с целью объединить церкви ВКЛ и Великого княжества Московского, но по приказу Дмитрия Ивановича был арестован и выслан за пределы Московии. Вскоре Киприан Цамблак помирился с московским князем и стал московским митрополитом.

Униатская деятельность великих князей

Католичество начало проникать в ВКЛ еще до Кревской унии. Несмотря на это православная церковь остается в ВКЛ довольно влиятельным церковно- идеологическим и социально-политическим институтом, за которым стояло значительное большинство представителей разных сословий и простого народа.

Мощной поддержкой православного вероисповедания в ВКЛ являлась доминирующая роль культуры литвинского этноса, государственное положение белорусского языка.

Понятно, что своим компаньоном западное православие всегда считало православие восточное. Но естественные религиозно-церковные связи между этими ветвями одной веры разрушались государственными интересами и возрастающим политическим соперничеством между ВКЛ и Московским государством. Положение православия начало резко ухудшаться после


Городельского постановления 1413 года, согласно которому на высокие государственные должности в ВКЛ назначались только лица римско- котолического вероисповедания. В этой связи возникновение идеи унии было естественным явлением. Когда в 1396 году Вильню посетил московский митрополит Киприан Цамблак, между ним и Ягайло произошел разговор о необходимости унии между православной и римско-католической церквями.

Король и митрополит обратились к константинопольскому патриарху, который поддержал эту идею, но отметил, что реализацию ее надо отложить в связи с войной против турок.

Церковная политика Витовта, как и других великих князей, вытекала из его общегосударственной деятельности. Стремление к церковной автономии и унии являлось частью его внутренней и внешней политики, его противостояния и борьбы за гегемонию с Московским государством. Еще до Грюнвальда Витовт обратился к константинопольскому патриарху с просьбой назначить митрополитом “всея Руси” полоцкого епископа Феодосия и резиденцией его сделать Киев. Однако византийский император и патриарх поддержали Москву, и митрополитом был поставлен грек Фотий.

В начале 1414 г. произошла встреча белорусско-украинских епископов, которые обратились к великому князю с жалобой на митрополита Фотия, в результате чего Витовт отказался от последнего и выдвинул на митрополитский престол своего кандидата – Григория Цамблака, племянника бывшего митрополита Киприана, выдающегося церковного и культурного деятеля западных славян. Осенью 1414 года на соборе православных церковных иерархов ВКЛ, созванном по инициативе Витовта, Григорий Цамблак был избран митрополитом.

Он направился в Константинополь для утверждения патриархом, но его опередил московский ставленник Фотий.

В начале 1415 года Витовт снова созывает собор, на котором убеждает белорусских и украинских епископов без санкции патриарха поставить Цамблака на митрополию. 15 ноября 1415 года на соборе в Новогрудке это было сделано.

Епископы объявили об отречении от московского митрополита. Патриарх и Фотий предали Цамблака анафеме.

В 1418 году во главе большой делегации Григорий Цамблак направился в Констанцу, где должен был произойти XVI Вселенский собор католической церкви. Цель визита была обозначена заранее с Ягайло и Витовтом: добиться более-менее тесного союза между католической и православной церковью. В своих двух выступлениях на соборе Цамблак призывал к восстановлению былого единства христианства. Он предлагал созвать специальный собор о вере и в свободной дискуссии, руководствуясь взаимной терпимостью, решить все спорные вопросы. Итогом должен был стать равноправный союз между католической и православной церковью. По мнению исследователей, Цамблак являлся первым автором гуманистической модели церковно-религиозного согласия, унии католичества и православия в общехристианском масштабе. Но план Цамблака не был принят ни Папой, ни большинством православных епископов. Он вернулся в Вильню и, по некоторым сведениям, умер в 1419 году.

Есть данные о контактах с Римом относительно унии в 1434 году великого князя Свидригайло Альгердовича и православного смоленского епископа Герасима.

В годы великого княжения Казимира Ягайловича (1447-1482) была предпринята новая, довольно удачная попытка создания православной автокефалии. В 1458 году Казимир дал согласие на основание отдельной православной митрополии для ВКЛ. Номинальным митрополитом стал Исидор. А поскольку он был очень стар, то остался в Риме, а управлять белорусско- украинской церковью прислал своего ученика Григория, который через некоторое время был посвящен в сан митрополита. Как считает А.В.Карташев, именно “отсюда начинается особая история западнорусской церкви, и от Григория ведет свое начало ряд независимых от Москвы западнорусских митрополитов”.

После смерти Григория (1473) белорусско-украинским митрополитом стал смоленский епископ Мисаил (1475-1480), который являлся сторонником унии. Мисаила активно поддерживали две наиболее влиятельные православные организации ВКЛ: Киево-Печерская лавра и Виленский Свято-Троицкий монастырь, а также определенное количество знатных православных светских лиц, которые были в родстве с католическими фамилиями. От их имени Папе Сиксту IV в 1476 году была направлена письменная просьба о целесообразности и необходимости объединения церквей.

С 1480 года в ВКЛ установилась довольно демократичная процедура назначения православных митрополитов: с согласия великого князя они вывыбирались собором, а патриаршее посвящение получали на месте от патриаршего экзарха. Это уже был явный шаг к автокефалии. Белорусско- украинские митрополиты жили главным образом в Вильне, но формально их резиденцией считалась Киево-Печерская лавра. В конце XV века снова была проведена попытка реализации униатской идеи, инициатором которой выступил белорусско-украинский митрополит, смоленский епископ Иосиф (1497-1501). Он вступил в контакт с римским Папой Александром VI. При этом римско- католическая сторона определяет ряд догматических отличий, которые препятствуют объединению.

Православные:

1.не признают, что Святой Дух исходит и от Сына;

2.причащаются квасным хлебом;

3. используют не только виноградное, но и ягодное вино;

4.причащают всех, даже младенцев;

5. не признают чистилища;

6. не признают первенства римского Папы.

Идея веротерпимости, как альтернатива идеи унии.

В Московском государстве веками складывалась великодержавная идеология. Она определяла историческую практику России, внутреннюю и внешнюю политику, в том числе и отношения с ВКЛ. Ее основанием были следующие положения:

1. самодержавие является единственной оптимальной политической системой власти;

2. русский царь является единственным властителем “всея Великия,

Малыя и Белыя Руси”;

3. русское православие является единственной правдивой религией.

Менталитет белорусско-литовско-украинского общества значительно отличался от менталитета общества московского. Его основой являлась либеральная идея в ее первоначальной форме, а именно признание конституционной монархии в качестве оптимальной политической системы власти. Другой характерной чертой менталитета населения ВКЛ являлся плюрализм религиозно-церковной жизни, который принуждал светскую власть проводить политику относительной веротерпимости.

Несмотря на сложную международную обстановку и войны в XV – первой половине XVI века в ВКЛ происходит определенная стабилизация внутренней социально-политической, религиозно-церковной и духовно-культурной жизни.

Возникает ряд правовых актов, привилеев, которые уравнивают в правах православных и католиков, постепенно устанавливают в стране атмосферу религиозной толерантности. Значительно улучшается положение православия при великом князе Жигимонте I (1506-1548), что в первую очередь связано с именем белорусско-украинского митрополита Иосифа II Солтана. По его инициативе на Виленском церковном соборе (1509) были приняты решения, которые укрепляливласть митрополита над епископами и священников над мирянами.

Солтан добился отмены постановления, которое запрещало православным строить новые церкви и восстанавливать старые. За годы княжения Жигимонта I значительно увеличилось количество православных монастырей (с 30 до 50). Количество православных церквей в Вильне увеличилось до 20, в Пинске – до 12, в Полоцке – до 7, в Гродно – до 6.

Но доминирующим принцип религиозной толерантности становится во время правления великого князя и короля Жигимонта II Августа (1544-1572). Важную роль в установлении этого принципа в общественной жизни ВКЛ сыграло реформационно-гуманистическое движение, которое охватило не только католическое, но и православное население ВКЛ, в первую очередь магнатов и шляхту. Он склонил короля издать ряд указов, которые закрепили принцип веротерпимости в качестве правовой нормы. Так, на сейме в Вильне (1563).

Жигимонт II издал свой знаменитый декрет, который устанавливал равенство православной и католической шляхты. Сейм в Гродно (1568) подтвердил этот акт. Уже после смерти короля была принята Варшавская конфедерация (1573), которая провозглашала равенство всех христианских вероисповеданий ВКЛ – православного, католического и протестантского – и как юридическая норма была закреплена в Статуте ВКЛ 1588 года.

Этот относительно короткий промежуток времени в общественной жизни ВКЛ белорусский писатель конца XVI – начала XVII века Федор Евлашевский назвал “золотым веком”. Именно “золотой век”, век относительной религиозной свободы и общественного равновесия, предложил нации в качестве альтернативы униатской модели религиозно-церковной жизни модель гуманистическую, либерально-демократическую, основой которой должна стать религиозная толерантность, интеллектуальная свобода, отказ от духовного, в том числе и религиозного, принуждения.

Возрождение идеи церковной унии во второй половине XVI в.

Новая жизнь, которую приобрела идея церковной унии во второй половине XVI века связана с рядом факторов геополитического, духовно-культурного и религиозно-церковного характера. Одним из них была возрастающая угроза независимости ВКЛ, которая исходила со стороны Московского государства. В результате ВКЛ было вынуждено пойти на более тесную интеграцию с Польшей.

Политическим проявлением этой интеграции стала Люблинская уния 1569 года, по которой ВКЛ и Польша объединялись в одно федеративное государство.

Церковная уния рассматривалась как логичное продолжение интеграционной политики.

Тем не менее возникает вопрос: почему идею церковной унии поддержали почти все православные епископы, многие священники среднего звена, многие выдающиеся православные церковные и культурные деятели, белорусские паны и шляхта, которые раньше поддерживали Реформацию? Наконец, почему правительство Речи Посполитой, значительная часть правительственных лиц ВКЛ, и в их числе канцлер Лев Сапега, переориентировались с идеи религиозно- церковного плюрализма на идею унии? Ведь именно эта идея показала свою жизнеспособность в условиях ВКЛ. Некоторое время она даже являлась основой государственной религиозно-церковной политики, что зафиксировано в Статуте
1588 года. Политика веротерпимости принесла довольно позитивные результаты, она создала условия, которые способствовали поддержке общественного согласия, развитию духовной культуры, ослаблению социально-религиозного напряжения. Тогда почему?

В первую очередь надо отметить, что идея религиозного согласия через унию, несмотря на то, что в течение многих веков она так и не смогла реализоваться, продолжала оставаться “голубой мечтой”, очень привлекательной идеей для многих искренне верующих христиан, в том числе белорусов и украинцев. Менталитет населения ВКЛ был запрограмирован на согласие, а не на конфронтацию. Многие образованные белорусские и украинские общественные и государственные деятели, священники, писатели, купцы, ремесленники жили иллюзией унии, верили в возможность достижения в ВКЛ, Речи Посполитой, вообще во всем христианском мире церковного согласия, конфессионального мира методом простого соединения православия и католичества. Для этого, считали они, надо сделать усилие, подняться выше своих религиозно-догматических амбиций, пойти на компромисс, тем более, что оба вероисповедания – христианские. К тому же значительная часть православных белорусских и украинских панов и шляхты, и даже мещан, была породнена с католическими семьями. Яркий пример: глава православной антиуниатской партии Константин Острожский. Его жена Софья Тарновская – католичка, сын Януш –тоже католик, дочери – замужем за протестантами


Криштофом Радзивилом и Янушем Кишкой.

Таким образом, надо было вернуть мир в общество, согласие в семьи, равновесие в души людей, и многие надеялись, что это сможет сделать уния.

Далее, идея унии от начала контрреформации интенсивно пропагандировалась папством, западной церковью, иезуитами. Последние добрались даже до Ивана Грозного и уговаривали его принять унию. На белорусско-украинские земли идея контрреформации пришла обогащенная предыдущим опытом проб и ошибок, вооруженная идеями теологов и философов иезуитского ордена. Деятели контрреформации сделали ставку не только на массовую религиозно-политическую, в том числе и униатскую, пропаганду, но и на широкую культурно-просветительскую деятельность, в первую очередь на организацию школьного и книгоиздательского дела, поддержку искусства. Ни одна магнатская фамилия, ни один шляхетский дом не остолись без внимания отцов-иезуитов. Поэтому не удивительно, что к идее унии белорусско- украинское общество было относительно подготовлено.

Как уже отмечалось, с идеей унии была связана идея церковной, а с ней и государственной независимости. Как известно, отстаивая свой суверенитет,


ВКЛ противостояло имперским устремлениям, с одной стороны феодально- католической Польши, с другой – православно-самодержавной России. В этой геополитической ситуации ставка делалась не только на военную силу, но и на дипломатию, религиозно-церковную политику. Определенным кругам в ВКЛ казалось, что проблему противостояния, давления как с Запада, так и с Востока можно решить путем глобального церковного компромисса, религиозного согласия между восточной и западной церковью (К.Острожский и его окружение). Но этот план оказался утопическим, так как скоро выяснилось, что Москва ни на какие – ни политические, ни религиозные – компромиссы идти не хочет. Невозможность компромисса стала очевидной в результате установления в России самодержавного строя, усиления в ее политике имперских устремлений. Больше всего напугала общество ВКЛ Ливонская война, в результате которой значительная часть белорусской территории была захвачена Московским войском. В 1589 году была создана Московская патриархия, которая стремилась распространить свою власть и на белорусско- украинскую православную церковь. Все эти события оказали огромное влияние на политику ВКЛ, в том числе и политику религиозно-церковную.

Коренной перелом в государственной политике: курс на локальную церковную унию.

На протяжении 80-х годов XVI века стало окончательно ясно, что Москва категорически отвергает всякое церковное содружество. Идея всеобщей универсальной унии со всей восточной церковью, в том числе и московской, оказалась неосуществимой. В связи с такими обстоятельствами папской канцелярией, католической церковью, иезуитами, православным епископатом был взят курс на локальную унию западной и восточной церквей в пределах Речи Посполитой. Эту деятельность возглавил луцкий католический бискуп Бернард Матиевский. Его поддержал в то время брестский судья, а потом епископ, один из самых талантливых деятелей униатства Ипатий Потей (1541-1613).

В 1588 году в первый раз за 600 лет существования восточной православной церкви ВКЛ посетил константинопольский патриарх Иеремия II. Приехал он не от хорошей жизни, а по необходимости: греческая церковь, которая находилась под турецкой властью, ощущала большую потребность в материальной помощи, “ялмужне”, как говорили на Беларуси. Патриарх поддержал православное братское движение Беларуси и Украины, ограничив самоволие православных владык.

В 1859 году Иеремия прибыл в Москву, где был встречен с большой помпой и получил очень богатую “ялмужну”. Под давлением московских бояр и церковных иерархов Иеремия объявил о создании русского патриаршества.

Первым русским патриархом стал Иов (1589-1605).

Создание московского патриаршества подтолкнуло к деятельности сторонников унии. В 1589 году с благословления того же Иеремии митрополитом западной православной церкви становится архимандрит минского Вознесенского монастыря Михаил Васильевич Рогоза, тайный сторонник унии. Он восстановия практику созыва церковных соборов, на которых присутствовали миряне. На одном из таких соборов в Бресте в 1590 году четыре православных епископа -Луцкий. Львовский, Пинский и Холмский – подписали тайный договор о согласии на унию. Их поддержал присутствующий на соборе Ипатий Потей – тогда еще светское лицо.

Однако в антиуниатских православных кругах про это еще не знали. Проводырями антиуниатской православной партии были Киевский воевода князь Константин Острожский и Новогрудский воевода Федор Скумин-Тышкевич. Они стремились укрепить братское движение, которое являлось основным оппонентом униатов. Так, в 1591-1592 годах они они ходатайствовали перед королем о выдаче определенных привилеев Львовскому братству, об утверждении уставов Минского, Брестского, Кричевского, Оршанского и других братств.

Острожский почти до 1595 года не знал о тайных договорах епископов- униатов и про то, что идею локальной унии поддерживал его соратник Ипатий Потей. Поэтому в 1593 году он рекомендовал последнего на пост Владимирского владыки. В том же году он в письме Потею изложил свое понимание церковного соглашения:

Соглашение должно быть всеобщим и охватывать московскую православную церковь, причем православная церковь должна сохранить свои обряды, храмы, верующих. Все – и православные, и католики – должны иметь равные права не только в церковной, но и в политической жизни. Соглашение должны одобрить патриархи – и Константинопольский, и Московский.

Объединение должно произойти одновременно с развитием школьного дела, свободных наук, богословского образования.

Потей как прагматичный политический и церковный деятель не без основания посчитал его утопией и не ознакомил с ним очередной церковный собор, который состоялся в 1593 году в Бресте.

До конца 1594 года сторонниками унии уже были (кроме вышеупомянутых епископов) епископ Полоцкий и витебский Григорий, архимандрит Кобринский Иона Гоголь, а также митрополит Киевский, Галицкий и всея Руси Михаил Рогоза. В конце этого года епископами-униатами были выработаны условия локальной унии – артикулы, которые были представлены сначала митрополиту Рагозе, а потом королю. Условиями соглашения были:

1. сохранение православных обрядов;

2. нерушимость принадлежащих православным церквей, монастырей и другой собственности;

3. старый календарь;

4. места в совете для епископов-униатов;

5. защита от власти патриархов;

7. отмена привилеев, которые были даны братствам;

8. выборы Киевского митрополита епископами с благословления римского

Папы; посвящение избранного епископа Киевским митрополитом;

9 апробация всех этих артикулов универсалом короля на латинском и белорусском и украинском языках;

10. наделение униатских священников теми же привилеями, которые есть у католических.

Подписавшие были предупреждены митрополитом, чтобы дело унии пока оставалось тайной и про нее не знали широкие круги православного духовенства, а также белорусские и украинские паны и шляхта. В то же время, дав согласие на унию, Рогоза пишет письмо Новогрудскому воеводе Федору Скумину-Тышкевичу, криводушно заверяя последнего, что без его одобрения он никогда не согласится на объединение церквей.

В начале 1595 года епископ Луцкий Кирилл Терлецкий в Кракове тайно встретился с папским нунцием и католическими бискупами и договорился с ними об унии. В то же время епископ Львовский Гедеон Балабан собрал в своей резиденции некоторых православных архимандритов (в их числе был настоятель Киево-Печерской лавры Никифор Тур) и убедил их дать письменное согласие на унию. Все это происходило тайно.

В июне 1595 от имени епископов-униатов было направлено Папе Клименту VIII “Соборное послание”, которое в Рим доставили Ипатий Потей и Кирилл Терлецкий. Послание содержало условия унии, которые в основном уже были выработаны епископами в конце 1594 года. Под ним стояли подписи ведущих православных иерархов Речи Посполитой.

В послании епископы соглашались на объединение церквей на следующих условиях:

1. верить, что Святой Дух исходит от одного начала;

3.причащение и крещение производить без изменений;

4. не возбуждать споры насчет чистилища, а новый календарь принять с учетом неизменности празднования Пасхи и других праздников;

5.не принуждать к праздникам и церемониям, которых нет в восточной церкви;

7) разрешить занимать церковные должности людям православной веры;

8. чтобы епископы назначались митрополитом, а не Папой, а митрополит выбирался епископами, но получал грамоту на митрополию из рук Папы;

9. митрополит и епископы-униаты должны иметь места в сенате, как и католические бискупы;

10. обязательно получать декреты об открытии генерального сейма и провинциальных сеймиков;

11. лишить силы постановления восточных иерархов; запретить исполнять пастырьские обязанности священникам, не подчиняющимся епископам- униатам; запретить посещать страну греческим монахам и священникам;

Миссия в Рим.

Тем не менее правящие круги были обеспокоены настроением Острожского, за которым стояла большая общественная и военная сила. В 1595 году на совете, который созвал король, и на котором присутствовал папский нунций, мнения разделились: одни (в том числе и нунций) советовали во имя гражданского мира и спокойствия не торопиться с делом унии, вторые – действовать решительно. Победили вторые, и епископам Потею и Терлецкому было прикпзано в скором времени отправиться в Рим к Папе.

24 сентября 1595 года король издал универсал, в котором официально объявил, что принял решение об унии католической и православной церквей во имя Речи Посполитой, общего благополучия ее граждан. В пользу унии епископами, митрополитами и королем приводились аргументы гуманистического характера. О политическом смысле унии можно было узнать лишь из конфеденциальных источников, например письма Жигимонта III Папе от 24 февраля 1596 года. По мысли короля, уния должна охранять общественное сознание православных Речи Посполитой от влияния московского православия. В перспективе, считал Жигимонт III к унии надо присоединить и Московское государство. Он также хотел освободить православных Речи Посполитой от влияния греческого патриарха, которого он считал тайным агентом турок. Не трудно заметить, что для короля уния – в первую очередь акция политическая.

15 ноября 1595 года Ипатий Потей и Кирилл Терлецкий прибыли в Рим. Через 6 недель, 23.12.1595, произошла аудиенция у Папы, к которому обратился с речью Потей. От своего имени и от имени епископов-униатов он согласился на включение в исповедание веры следующих положений:

1.Святой Дух исходит и от Отца, и от Сына;

2.причащение как на пресном, так и на кислом хлебе;

3.догмат о чистилище;

4.первенство церковной власти Римского Папы;

5.согласие со всеми постановлениями Тридентского собора;

6.эксклюзивное право церкви объяснять святое писание;

7.семь таинств и все католические обряды;

8.полезность индульгенции;

9.первенство римской церкви над всеми остальными;

10.осуждение схизмы и ересей;

11.активная пропаганда “истинной веры”.

Климент VIII благословил идею унии и ее создателей. В этот же день был составлен протокол о церемонии, а в январе 1596 года Папа поставил свою подпись под документом о церковной унии. Папа внес определенные коррективы в униатский договор, например он оставил неизменными обряды восточной церкви, православный символ веры (исхождение Святого Духа только от Отца).

Брестская церковная уния:униатский и православный соборы

Униатский собор в Бресте, который собрался по указу короля и митрополита, открылся 6 октября 1596 года. На нем присутствовали папские послы, представители короля, митрополит, пять из семи епископов, представители католической церкви, иезуиты, государственные деятели – воевода Николай Криштов Радзивил, канцлер ВКЛ Лев Сапега и другие духовные и светские лица. Два епископа – Гедеон Балабан (епископ Львовский) и Михаил Копысьтенский (епископ Перемышльский) унию не поддержали. Униатский собор утвердил римский договор Патея и Терлецкого и, таким образом, уния была принята.

8 октября 1596 года в “соборной грамоте” митрополита Михаила Рогозы и епископов была изложена основная идея Брестской унии. Коротко ее содержание в следующем. В христианской церкви должен быть “един господарь и шафар”, который бы “о порядку и о всем добром всех абмышлял”. Таким хозяином “от часов апостольских” являлся Папа Римский, “едины потомок Петра святого”. Этот союз и утвердил Берестейский собор.

На соборе были отлучены от церкви Гедеон Балабан, Михаил Копысьтенский, архимандрит Киево-Печерской лавры Никифор Тур, 9 архимандритов, 16 протопопов и все остальные священники, не принявшие унии. Королю была направлена просьба снять с церковных должностей всех тех, кто отказался присоединиться к унии.

Параллельно с униатским собором открылся православный (на нем присутствовали также и протестанты). На соборе присутствовали К.Острожский с сыном, патриаршие экзархи Константинопольский (Никифор) и Александрийский(Кирилл Лукарис), епископы Балабан, Копысьтенский и другие православные священники (более 100 человек).

Участники собора пробовали договориться между собой, но тщетно. На предложение униатов присоединиться к церковному альянсу православными был дан следующий ответ: мы не против унии с римской церковью, но при условии, что:

1. к этому союзу присоединится вся восточная церковь;

2.унию благословят восточные патриархи;

3. не будут нарушаться существующие правовые акты;

4. между православными и католиками будут согласованы все противоречия относительно догм и обрядов.

Не трудно заметить, что это была программа универсальной унии, предложенная в свое время Острожским. Православный собор лишил сана всех епископов-униатов. Светская часть православного собора приняла решение не подчинятьться пастырям-отступникам.

Собор обратился к королю с просьбой санкционировать его решение об импичменте униатских епископов, а на их место посадить новых, избранных православными. Ключевыми аргументами были: уния готовилась тайно от народа группой предателей-архиереев; она противоречит существующим правовым актам и является посягательством на религиозную свободу; поэтому православные имеют право сопротивляться ее введению всеми средствами.

Король, как отмечалось, стал целиком на сторону униатов, о чем свидетельствует его грамота православным священникам и мирянам от 15 декабря 1596 года. Достигнуть компромисса не удалось.

Антиуниатский протест.

Форсирование унии было большой политической ошибкой правительства Речи Посполитой. Правительство должно было выступить в качестве государственного посредника между униатами и православными, приложить все усилия к тому, чтобы достигнуть определенного согласия. Но оно этого не сделало, и поэтому после официального введения унии началась общественная конфронтация. Развернулась острая борьба между противниками и сторонниками унии, которая шла в трех направлениях:

1.Конституционное или правовое (на сеймах и сеймиках а также путем обращений, жалоб к королю, аппеляций к судебным организациям).

2. Публицистическое, идеологическое, богословско-философское

(униатские и антиуниатские полемические произведения, трактовка богословских, религиозно-философских вопросов).

3. Неконституционное или противоправное (стихийные выступления, действия, нарушающие действующее законодательство, бунты, погромы).С формально-юридической точки зрения уния была вроде бы законной, так как опиралась на официальные церковные и государственные указы. Вместе с тем эти указы противоречили существующим правовым документам, многочисленным привилеям, которые были даны православию на протяжении многовековой истории великокняжеской властью, и главным образом Статуту ВКЛ 1588 года, где свобода всех христианских вероисповеданий была закреплена в качестве правовой нормы. Поэтому аппеляция по закону к судебным инстанциям была одним из самых широких способов борьбы антиуниатской оппозиции.

После смерти князя К.К.Острожского (1608), перехода в католичество значительной части панства, реальной опорой православия становится казачество. Одним из условий преданности казаков власти РП была свобода православного вероисповедания. С введением унии и началом политики дискриминации православия казаки свою борьбу против польского засилья ведут под флагом защиты православия. Именно казаки были одной из главных сил, которая вынудила правительство Речи Посполитой в конце 20-х – начале 30-х годов XVII века пойти на значительные уступки православным.

Опорой антиуниатской оппозиции являлись монастыри. В 1615 году, например, был основан Богоявленский монастырь, который принадлежал
Киевскому братству, а при нем школа. Среди православных монастырей выделялись также Свята-Духовский в Вильне, Пачаевская лавра, Киево-
Печерская лавра, которую удалось таки отстоять от униатов, и другие.

Итоги Брестского варианта церковной унии

Как свидетельствуют исследователи, на присоединенных к Российской империи землях в результате первого раздела Речи Посполитой (1772) насчитывалось около 100 тысяч католиков, 300 тысяч православных и около 800 тысяч униатов.

На первом этапе политика России на новых землях была довольно толерантной: указами Екатерины II от 1772 года католикам и униатам была дана “ничем не ограниченная” свобода вероисповедания, при условии, что они не будут склонять к своей вере православных. На практике эта свобода ограничивалась, правительство и православные иерархи делали все, чтобы вернуть униатов к “религии предков”. В результате на протяжении 1781-1783 годов в православие перешло около 200 тысяч униатов.

После второго раздела РП (1793) начинается более решительное наступление на униатство. По инициативе Екатерины II Синодом была разработана программа постепенной ликвидации унии. Но основная часть униатов крепко держалась своего верлисповедания. Тем не менее при Екатерине II в православие были переведены около 1,5 млн. униатов, но столько же пожелали остаться в своей вере. При Павле I и Александре I административно- церковное принуждение в отношении униатов ослабилось.

После восстания 1830-1831 годов, в котором принимали участие католики и униаты, правительством был взят курс на упразднение униатства как вероисповедания и присоединение его адептов к православной церкви. 12 февраля 1839 года на униатском соборе в Полоцке под давлением царского правительства был подписан акт о “добровольном” присоединении униатов к православной церкви. На его основании Синодом был издан указ “О принятии греко-униатской церкви в полное и совершенное общение святых православно- кафолических восточныя церкви и в нераздельный состав церкви Всероссийской”. Синоидальный акт был одобрен Николаем I. Униатские епархии были ликвидированы, но переход униатов в православие растянулся до 50-х годов XIX века.

Несмотря на политику дискриминации, которую проводило царское правительство и православная церковь, в отношении белорусских униатов, униатская идея сохранилась в народном сознании. После принятия правительством декрета о веротерпимости (17 апреля 1905 года) начался массовый переход православных белорусов, бывших униатов, в католичество.

Февральская революция 1917 года тоже вызвала активизацию униатского движения. На территории Западной Беларуси начали возникать униатские общины (в 1932 году тут было 32 униатских прихода). В Западной Беларуси униатские товарищества являлись носителями белорусского национального самосознания (при них существовали школы, драмкружки, издавались журналы на белорусском языке), поэтому польские влисти относились к ним с подозрением и мешали их деятельности. После объединения Западной Беларуси с БССР униатство перешло на нелегальное положение, но во время немецкой оккупации вновь было легализировано. На греко-католическом соборе, который произошел в марте 1946 года в Львове под контролем и охраной органов КГБ, было принято постановление о ликвидации унии и присоединении униатов к православной церкви.

С коца 80-х годов XX века в Беларуси началось новое возрождение униатской церкви. В начале 1996 года в стране насчитывалось 15 униатских парафий. В том же году был отмечен 400-летний юбилей Брестской церковной унии. Был создан белорусский организационный комитет по празднованию годовщины, произошли научные конференции, издан ряд литературных работ.

Заключение

История религиозно-церковной унии на отечественной почве не начиналась со знаменитого Брестского собора, который произошел в октябре 1596 года. Ее истоки восходят к XIII – XIV векам, началу создания Великого Княжества Литовского. Именно в этот период перед народами ВКЛ и их лидерами встают две глобальные задачи: укрепление политической и сохранение духовно-культурной независимости. В свете этих задач и рассматривается насыщенная и драматичная история отечественной религиозно-церковной жизни. 400-летний драматичный опыт реализации идеи церковной унии много чему учит.

В первую очередь, что нельзя ломать “через колено” веками сложившуюся историческую жизнь народа, его традиции, ценности; что путь к общественному согласию нации, государства, человечества лежит через взаимную терпимость, уважение к иноверству и инакомыслию, через свободный и добровольный выбор.

министерство образования республики беларусь

Белорусский государственный экономический университет

Кафедра экономической истории

Реферат на тему:

«Брестская церковная уния 1596 года: причины, содержание, итоги»

Подготовила:

Студентка 1 курса ФМК, ДММ-2 Зубрицкая А.Ю.

Проверила: Воронич Т.В.


Введение………………………………………………………………………...3

I. Зарождение идеи объединения церквей:

1) Униатская деятельность великих князей………………………………...5

2) Идея веротерпимости как альтернатива идеи унии……………………..6

II. Возрождение идеи церковной унии (вторая половина XVI века):

1) Курс на локальную церковную унию…………………………………....8

2) Первая волна антиуниатского протеста………………………………….10

III. Принятие унии на Брестском церковном соборе 1596 года:

2) Брестская церковная уния: униатский и православный соборы………..12

3) Антиуниатский протест…………………………………………………...13

VI. Итоги унии:

1) Итоги Брестского варианта церковной унии………………………….....14

2) Судьба униатской церкви (XVII-XXI века)……………………………...15

Заключение…………………………………………………………….………..18

Список используемых источников.....................................................................19


ВВЕДЕНИЕ

Заключенная в 1596 г. на Брестском церковном соборе и отмененная в 1839 г. на Полоцком соборе уния православной и католической церквей является одним из переломных событий белорусской истории. Она втянула в свою орбиту многие государства и народы, политические и религиозные силы, географические и культурные пространства. Четыре столетия после 1596 г. белорусская духовно-культурная и общественно-политическая жизнь так или иначе была связана с влиянием Брестской церковной унии, которая стала переломным моментом восточнославянской конфессиональной истории. За время своего существования униатство в значительной мере потеснило позиции традиционных религий на Беларуси и в XVIII в. стало конфессиональной доминантой. Несмотря на многоразовую делегализацию (в 1839 г. на Беларуси, в 1875 г. на Подляшье, в 1946 г. на Украине), уния в Берестье оказалась наиболее стойкой из всех предыдущих попыток объединения христианства. Вобрав в себя и отразив многие из тех проблем и противоречий, которыми жило белорусское общество XVI – XIX вв., она принадлежит к тем историческим явлениям, которые еще не отошли в прошлое, а существуют до нашего времени..

История униатского религиозно-церковного движения в восточноевропейском регионе – научная проблема, над решением которой работали, работают и еще долго будут работать ученые. Проблема эта связана с рядом актуальных вопросов истории белорусского народа, в первую очередь, с вопросами специфики религиозно-церковной и общественно-политической жизни Беларуси в XIII-XX вв., становления государственности, развития национальной культуры и т.д. Этой церковной унии посвящено множество литературы, которая вмещает в себе самые разнообразные, абсолютно противоположные оценки данного исторического события.

Автор выбрал именно эту тему, поскольку считает, что уния – явление противоречивое и неоднозначное. Ее невозможно охарактеризовать или со знаком “минус”, или со знаком “плюс”. Рассматривать церковную унию необходимо в ее динамике, в историческом развитии, как событие, прямо или косвенно связанное со сложной социальной, государственной, духовно-культурной жизнью белорусского и украинского народов, начиная с возникновения Великого княжества Литовского и до наших дней.

Работа состоит из трех основных частей: введения, основной части, состоящей из 4 глав, и заключения. Во введении рассказывается об актуальности вабранной автором темы. В основной части очень тщательно прослеживается путь, который прошла уния от зарождения идеи о греко-католической церкви, принятия ее на Брестском церковном соборе в октябре 1596 г., антиуниасткого протеста и до положения униатской церкви в современной жизни. В заключении подытоживается и тезисно излагается все то важное, что касается принятия Бресткой унии и последствий этого исторически важного события.

При написании работы автор использовал некоторые литературные источники. Основной материал пр написании реферата взят из научного пособия “Унія. Дзяржаўнасць. Культура” автора Подокшына С.А., поскольку в нем весьма полно, глубоко и подробно описывается весь путь унии от ее зарождения, принятия и до ликвидации. Также автором были использованы разнообразные статьи. Например, газета “Дзедзіч”, в которой имеется любопытная информация о современном положении греко-католической церкви, или статья Морозовой С.В. о “Берасцейскай царкоўнай уніі 1596 г. у беларускай гістарыяграфіі”.


I. Зарождение идеи объединения церквей

1)Униатская деятельность великих князей.

Католичество начало проникать в ВКЛ еще до Кревской унии. После ее заключения в 1385 г. начало происходить массовое крещение литовцев, и католичество, как и православие, становится государственным вероисповеданием. Несмотря на это православная церковь оставалась в ВКЛ довольно влиятельным церковно-идеологическим и социально-политическим институтом, за которым стояло большинство представителей разных сословий и простого народа. Мощной поддержкой православного вероисповедания в ВКЛ являлась доминирующая роль культуры славянского этноса, государственное положение белорусского языка.

Положение православия начало резко ухудшаться после Городельского постановления 1413 г., согласно которому на высокие государственные должности в ВКЛ назначались только лица римско-католического вероисповедания.

Вместе с тем великие князья понимали, что бирелигиозность основного населения ВКЛ таит в себе определенную социально-политическую опасность. В этой связи возникновение идеи унии было естественным явлением. Когда в 1396 г. Вильно посетил московский митрополит Киприан Цамблак, между ним и Ягайло произошел разговор о необходимости унии между православной и римско-католической церквями. Король и митрополит обратились к константинопольскому патриарху, который поддержал эту идею, но посчитал необходимым ее реализацию отложить.

Церковная политика Витовта вытекала из его общегосударственной деятельности. Стремление к церковной автономии и унии являлось частью его внутренней и внешней политики.

В начале 1414 г. произошла встреча белорусско-украинских епископов, на которой Витовт выдвинул на престол митрополита своего кандидата – Григория Цамблака, выдающегося церковного и культурного деятеля. Осенью 1414 г. на соборе православных церковных иерархов ВКЛ Григорий Цамблак был избран митрополитом. Он направился в Константинополь для утверждения патриархом, но его опередил московский ставленник Фотий.

В начале 1415 г. Витовт снова созвал собор, на котором убедил белорусских и украинских епископов без санкции патриарха поставить Цамблака на митрополию, что и было сделано 15 ноября того же года в Новогрудке.

В 1418 г. во главе большой делегации Григорий Цамблак направился в Констанцу, где должен был пройти XVI Вселенский собор католической церкви, с целью добиться более-менее тесного союза между православной и католической церковью. В своих выступлениях на соборе Цамблак призывал к восстановлению былого единства христианства. Но его план создания равноправного союза между католической и православной ветвями христианства не был принят ни Папой, ни большинством православных епископов.

В годы княжения Казимира Ягайловича (1447-1482) была предпринята новая, довольно удачная попытка создания православной автокефалии. В 1458 г. Казимир дал согласие на основание отдельной православной митрополии для ВКЛ. Управлять белорусско-украинской церковью был назначен Григорий. После его смерти в 1473 г. белорусско-украинским митрополитом стал епископ Мисаил (1475-1480), который являлся сторонником унии. Мисаила поддерживали две наиболее влиятельные православные организации ВКЛ: Киево-Печерская лавра и Виленский Свято-Троицкий монастырь, которые в 1476 г. отправили Папе Сиксту IV письменную просьбу о необходимости объединении двух церквей.

С 1480 г. в ВКЛ установилась довольно демократическая процедура назначения православных митрополитов: с согласия великого князя они выбирались собором, а патриаршее посвящение получали на месте от патриаршего экзарха. Белорусско-украинские митрополиты жили главным образом в Вильно, но формально их резиденцией считалась Киево-Печерская лавра. В конце XV в. снова была проведена попытка реализации униатской идеи, инициатором которой выступил белорусско-украинский митрополит, смоленский епископ Иосиф (1497 - 1501). Он вступил в контакт с римским Папой Александром VI. При этом римско-католическая сторона определила ряд догматических отличий, которые препятствовали объединению. Православные должны были:

1. не признавать, что Святой дух исходит и от Сына;

2. причащаться квасным хлебом;

3. использовать не только виноградное, но и ягодное вино;

4. причащать всех, даже младенцев;

5. не признавать чистилища;

6. признавать первенство римского Папы.

2) Идея веротерпимости как альтернатива идеи унии.

В XV – первой половине XVI в. в ВКЛ произошла определенная стабилизация внутренней социально-политической, религиозно-церковной и духовно-культурной жизни.

Был принят ряд правовых актов, привилеев, которые уравнивали в правах православных и католиков, постепенно установили в стране атмосферу религиозной толерантности. Значительно улучшилось положение православных при великом князе Жигимонте I (1506-1548). За годы его правления значительно увеличилось количество православных монастырей (с 30 до 50). Количество православных церквей в Вильно увеличилось до 20, в Пинске – до 12, в Полоцке – до 7, в Гродно – до 6.

Доминирующим принцип религиозной толерантности становится во время правления великого князя и короля Жигимонта II Августа (1544-1572). Важную роль в установлении этого принципа общественной жизни ВКЛ сыграло реформационно-гуманистическое движение, которое охватило не только католическое, но и православное население ВКЛ, в первую очередь магнатов и шляхту. Оно склонило короля издать ряд указов, которые закрепили принцип веротерпимости в качестве правовой нормы. Так, на сейме в Вильно в 1563 г. Жигимонт II издал свой знаменитый декрет, который устанавливал равенство православной и католической шляхты. Уже после смерти короля была принята Варшавская конфедерация (1573 г.), провозгласившая равенство всех христианских вероисповеданий ВКЛ – православного, католического и протестантского – и как юридическая норма была закреплена в Статуте ВКЛ 1588 года.

Этот относительно короткий промежуток времени в общественной жизни часто называют “золотым веком”, веком относительной религиозной свободы и общественного равновесия, который указал нации на другую, гуманистическую, либерально –демократическую модель жизни, основой которой могла стать религиозная толерантность, интеллектуальная свобода, отказ от духовного и религиозного принуждения. Поэтому отказ от этой либеральной модели и обращение к унитарной модели религиозно-интеллектуальной жизни обернулся настоящей трагедией для белорусско-украинского народа и вызвал мощный конфликт.

Таким, образом, в комплексе предпосылок и причин появление и развитие идеи о заключении Брестской унии выделяются следующие:

1. Упадок православной церкви ВКЛ с одной стороны; наступление воинственно настроенного католичества, идущего на Беларусь из Польши – с другой; заявление Москвы о своей религиозно-культурной исключительности после создания в 1589 г. собственного патриархата – с третьей. Все это вынуждало местных лидеров христианства искать религиозную альтернативу православию и католичеству в виде религиозной консолидации народа.

2. Завершался процесс формирования белорусской и украинской народностей, которым необходимо было выделиться в религиозном плане. Зарождение национальной белорусской церкви в виде униатства полностью вписывалось в культурно-исторический процесс того времени.

3. Заключению Брестской унии предшествовала специфическая языковая ситуация: проникновение польского языка в общественную жизнь, культуру Беларуси; искусственная поддержка православной церковью церковнославянского языка; и главное, воскрешенный Реформацией интерес к национальному языку.

4. В послелюблинский период национально-культурный потенциал белорусской народности значительно ослабел. Поэтому в униатстве можно рассмотреть “спасение” национальных форм культуры перед угрозой денационализации, путь к духовному возрождению белорусского общества и усиления его культурно-религиозной особенности и обособленности.

II. Возрождение идеи церковной унии (вторая половина XVI века)

1) Курс на локальную церковную унию.

Возрождение идеи церковной унии во второй половине XVI в. было связано с рядом факторов геополитического, духовно-культурного и религиозно-церковного характера.

Идея религиозного согласия через унию, несмотря на то, что в течение многих веков она и не смогла реализоваться, продолжала оставаться весьма привлекательной идеей для многих искренне верующих христиан, в том числе белорусов и украинцев. Многие образованные белорусские и украинские общественные и государственные деятели, священники, писатели, купцы, ремесленники жили иллюзией унии, верили в возможность достижения конфессионального мира методом простого соединения православия и католичества.

Идея унии с начала Контрреформации интенсивно пропагандировалась папством, западной церковью, иезуитами. Поэтому неудивительно, что к идее унии белорусско-украинское общество было относительно подготовлено.

Также с идеей унии была связана идея церковной и государственной независимости. Определенные круги в ВКЛ считали, что проблему противостояния давлению как с Запада, так и с Востока можно решить путем глобального церковного компромисса, религиозного согласия между восточной и западной церковью. Но такой компромисс оказался невозможным.

На протяжении 80-х гг. XVI в. стало окончательно ясно, что идея всеобщей универсальной унии неосуществима. В связи с такими обстоятельствами был взят курс на локальную унию западной и восточной церквей в пределах Речи Посполитой. Эту деятельность возглавил луцкий католический бискуп Бернард Матиевский. Его поддержал в то время брестский судья, а потом один из самых талантливых деятелей униатства епископ Ипатий Потей (1541-1613). На одном из церковных соборов в Бресте в 1590 г., на котором присутствовали миряне, четыре православных епископа – Луцкий, Львовский, Пинский и Холмский – подписали тайный договор о согласии на унию. Их поддержал присутствующий на соборе Ипатий Потей.

До конца 1594 г. сторонниками унии уже были епископ Полоцкий и Витебский Григорий, архимантрит Кобринский Иона Гоголь, а также митрополит Киевский, Галицкий и всея Руси Михаил Рогоза. В конце 1594 г. епископами-униатами были выработаны условия локальной унии – артикулы, которые были представлены сначала митрополиту Рогозе, а затем королю.

Условиями соглашения были:

Сохранение православных обрядов;

Нерушимость принадлежащей православным церквям, монастырям собственности;

Старый календарь;

Места в совете для епископов-униатов;

Защита от власти патриархов;

Запрет греческим монахам пересекать границы ВКЛ;

Отмена привилеев, которые были даны братствам;

Выборы Киевского митрополита епископами с благословения римского Папы, посвящение избранного епископами Киевским митрополитом;

Апробация всех этих артикулов универсалом короля на латинском и белорусско-украинском языках;

Наделение униатских священников теми же привилеями, что есть у католических.

На съезде епископов в июне 1595 г. был составлен окончательный текст условий, на которых они соглашались подчиниться власти папы (из 33 статей). Условия были обращены к папе и к королю Сигизмунду III, который должен был способствовать утверждению власти епископов над православными: подчинить приходское духовенство, школы, типографии и братства, назначать на епископские кафедры тех, кого рекомендует Собор епископов, и добиться уравнения в правах католического и принявшего унию духовенства. Что касается папы, то условия предусматривали, что Киевский митрополит будет поставлять епископов, а епископы будут избирать митрополита без какого-либо вмешательства со стороны Рима. Папа должен был дать обязательство оставить православных Киевской митрополии “при вере, и сакраментах, и всех церемониях, и обрядах Церкви Восточное, ни в чем их не нарушаючи”. Ряд статей предусматривал запрет на переход из унии в католицизм, превращение православных храмов в костелы, принуждение “русских” к переходу в католичество при заключении браков между “римлянами” и “русью”.
В июне 1595 г. от имени епископов-униатов Папе Клименту VIII было отправлено “Соборное послание”, которое доставили в Рим Ипатий Потей и Кирилл Терлецкий. Послание содержало условия, на которых епископы соглашались на объединение церквей:

1. верить, что Святой Дух исходит от одного начала;

3. причащение и крещение производить без изменений;

4. не возбеждать споры на счет чистилища, а новый календарь принять с учетом неизменности празднования Пасхи и других праздников;

5. не принуждать к праздникам и церемониям, которых нет в восточной церкви;

7. разрешить занимать церковные должности людям “русской” греческой веры;

8. чтобы епископы назначались митрополитом, а не Папой, а митирополит выбирался епископами, но получал грамоту на митрополию из рук Папы;

9. митрополит и епископы-униты должны иметь мест в сенате, как и католические бискупы;

10. обязательно получать декреты от открытии генерального сейма и провинциальных сеймиков;

11. запретить исполнять пастырские обязанности священникам, не подчиняющимся епископам-униатам; запретить посещать страну греческим монахам и священникам;

“Соборное послание” свидетельствовало о том, что, несмотря на значительные уступки католичеству, униатская церковь стремилась сохранить определенную национальную православную окраску. В то же время оно показывало, что униаты отдают себя под власть Римского Папы, жестко относятся к отечественной и зарубежной церкви и намереваются монополизировать духовную жизнь страны, отказаться от религиозной толерантности.

2) Первая волна антиуниатского протеста.

Вскоре слухи про унию и ее условия стали доходить до широких кругов общества, преданных православию священников, шляхты, мещан. За годы Возрождения, Реформации, развития светской культуры население ВКЛ отвыкло от диктата епископов, привыкло жить в условиях толерантности, относительной религиозной свободы и верховенства юридического закона. Унию они восприняли как посягательство на их право свободы вероисповедания, на их духовную свободу и гражданские права.

90 представителей от киевской, волынской и подольской шляхты, собравшись в Люблине, подали в Трибунальский суд жалобу на преступный сговор епископов. В Вильно православные священники, мещане и представители братств обратились к Криштофу Радзивилу с просьбой о защите.

Известными сторонниками и основоположниками антиуниатской православной партии были Киевский воевода князь Константин Острожский и Новогрудский воевода Федор Скумин-Тышкевич, которые стремились укрепить братское движение, являющееся основным оппонентом униатов.

В июне 1595 г. Острожский обратился с окружным посланием ко всем православным Речи Посполитой, в котором убеждал одноверцев оставаться преданными “вере отцов”.

Таким образом, идея единства христианства через продолжала оставаться весьма привлекательной для большого количества населения, очень активно пропагандировалась иезуитами, часто трактовалась как идея религиозной и государственной независимости. После того, как выяснилось о невозможности всеобщего объединения в предполагаемом масштабе правительство взяло курс на подготовку локальной унии.

Подготовка унии проходило очень тщательно на протяжении пять лет (1590-1595гг.). Много раз менялся и переформулировался текст условий заключения унии. Летом 1595 г. Римскому Папе Клименту VIII от имени епископов-униатов было отправлено “Соборное послание”, содержавшее условия, на которых епископы соглашались на объединение церквей.

Когда до широких слоев православного населения стали доходить слухи о готовящейся унии, они вызвали антиуниатский протест и негодование, т.к. православное население считало себя ущемленным в правах свободы вероисповедания и выступало против тайно готовящейся унии как неправомерного события.

III. Принятие унии на Брестском церковном соборе 1596 года

24 сентября 1595 г. король Жигимонт III издал универсал, в котором официально объявил, что принял решение об унии католической и православной церквей во имя Речи Посполитой и общего благополучия ее граждан. В пользу унии епископами, митрополитами и королем приводились аргументы гуманистического характера. О политическом смысле унии можно было узнать лишь из конфиденциальных источников (к примеру, из писем Жигимонта III Папе от 24 февраля 1596 г.). По мнению короля, уния должна была охранять общественное сознание православных Речи Посполитой от влияния московского православия.

15 ноября 1595 г. Ипатий Потей и Кирилл Терлецкий прибыли в Рим. 23 декабря состоялась аудиенция у Папы, к которому обратился с речью Ипатий Потей. От своего имени и от имени епископов-униатов он согласился на включение в вероисповедание следующих положений:

Святой Дух исходит и от Отца, и от Сына;

Причащение как на пресном, так и на кислом хлебе;

Догмат о чистилище;

Первенство церковной власти Римского Папы;

Согласие со всеми постановлениями Тридентского собора;

Эксклюзивное право церкви объяснять святое писание;

Семь таинств и все католические обряды;

Полезность индульгенции;

Первенство римской церкви над всеми остальными;

Осуждение схизмы и ересей;

Активная пропаганда “истинной веры”.

Климент VIII благословил идею унии и ее создателей. В этот же день был составлен протокол о церемонии, а в январе 1596 г. Папа поставил свою подпись под документом о церковной унии.

2) Брестская церковная уния: униатский и православный соборы.

Униатский собор в Бресте, который собрался по указу короля и митрополита, открылся 6 октября 1596 г. На нем присутствовали папские послы, представители короля, митрополит, пять из семи епископов, представители католической церкви, иезуиты, государственные деятели: воевода Николай Криштоф Радзивил, канцлер ВКЛ Лев Сапега и другие духовные и светские лица. Два епископа – Гедеон Балабан (епископ Львовский) и Михаил Копысьтенский (епископ Перемышльский) унию не поддержали. Униатский собор утвердил римский договор Ипатия Потей и Кирилла Терлецкого, и, таким образом, уния была принята.

8 октября 1596 г. в “соборной грамоте” митрополита Михаила Рогозы и епископов была изложена основная идея Брествкой унии. Коротко ее содержание было в следующем. В христианской церкви должен быть “един господарь и шафар”, который бы “о порядку и о всем добром всех обмышлял”. Таким хозяином “от часов апостольских” являлся Папа римский, “едины потомок Петра святого”. Это следует из “Соборов и правил святых Отец”, об этом свидетельствуют и “Наши Словенские писма з Греческих з стародавна преложаные”. С целью восстановить церковное единство под патронатом Римского папы Потей и Терлецкий направились в Рим, где получилии санкцию римского первосвященника на союз при условии сохранения “обрядов и церемоний церквей восточных греческих и Руских”. Этот союз и утвердил Берестейский собор. На соборе были отлучены от церкви Гедеон Балабан, Миахаил Копысьтенский, архимандрит Киево-Печерской лавры Никифор Тур и все остальные всященники, не принявшие унии. Королю была направлена просьба снять с церковных должностей всех тех, кто отказался присоединиться к унии.

После того как в Бресте на назначенный митрополитом Собор съехались сторонники унии, православные противники унии под защитой войск князя Острожского собрались также в Бресте на свой Собор: помимо 2 епископов, противников унии, в нем участвовали настоятели наиболее чтимых православных монастырей: Киево-Печерского, Жидичинского, Дерманского, послы «всего виленского клироса», многие протопопы - представители духовенства своих округов, православные дворяне во главе с князем Острожским, послы братств, патриаршие экзархи Константинопольский (Никифор) и Александрийский (Кирилл Лукарис), епископы Балабан, Копысьтенский и другие православные священники (более 100 человек), а также протестанты.

Никифор и Кирилл предложили митрополиту Михаилу и епископам явиться к ним для обсуждения организации соборных заседаний. Однако митрополит 6 октября открыл Собор в храме святого Николая, не пригласив туда противников унии. Православные собрались на особое совещание в доме одного из брестских дворян, т. к. все храмы в Бресте по приказу Ипатия (Потея) были для них закрыты. Представители короля пытались оказать давление на православных, чтобы те подчинились митрополиту и приняли участие в созванном им соборе, но успеха не добились. 9 октября 1596 г. собор, созванный митрополитом, провозгласил присоединение Киевской митрополии к Римской Церкви. 10 октября митрополит и епископы лишили сана противников унии и предложили королю раздать их епископства, монастыри и храмы другим лицам.

Участники провославного собора пробовали договориться между собой, но тщетно. На предложение унитов присоединиться к церковному альянсу православными был выдвинут ряд условий, при котором это было бы возможным:

К этому союзу присоединиться вся восточная церковь

Унию благословят восточные патриархи

Не будут нарушаться существующие правовые акты

Между православными и католиками будут согласованы все противоречия относительно догм и обрядов.

Король стал целиком на сторону униатов, о чем свидетельствует его грамота православным священникам и мирянам от 15 декабря 1596 г. Достигнуть компромисса не удалось.

3) Антиуниатский протест.

Форсирование унии было большой политической ошибкой правительства Речи Посполитой. Правительство должно было выступить в качестве государственного посредника между униатами и православными и приложить все усилия к тому, чтобы достигнуть определенного согласия. Но оно этого не сделало, и поэтому после официального введения унии началась общественная конфронтация, которая граничила с гражданской войной.

Развернулась острая борьба между сторонниками и противниками унии, которая шла в трех основных направлениях:

1. Конституционное, или правовое (на сеймах и сеймиках, а также путем обращений, жалоб к королю, апелляций к судебным организациям);

2. Публицистическое, идеологическое, богословско-философское (униатские и антиуниатские полемические произведения, трактовка богословских, религиозно-философских вопросов);

3. Неконституционное, или противоправное (стихийные выступления, действия, нарушающие действующее законодательство, бунты, погромы).

С формально-юридической точки зрения уния была законной, так как опиралась на официальные церковные и государственные указы. Вместе с тем эти указы противоречили существующим правовым документам, многочисленным привилеям, которые дыли даны православию на протяжении многовековой истории великокняжеской властью, и, главным образом, Статуту ВКЛ 1588 г., где свобода всех христианских вероисповеданий быда закреплена в качестве правовой нормы.

После смерти князя К. Острожского (1608), перехода в католичество значительной части населения, реальной опорой православия стало казачество. Одним из условий преданности казаков Речи Посполитой была свобода православного вероисповедания. Именно казаки были одной из главных сил, которая вынудила правительство Речи Посполитой в конце 20-х – начале 30-х гг. XVII в. пойти на значительные уступки православным.

Опорой антиуниатской оппозиции являлись монастыри. В 1615 г., например, был основан Богоявленский монастырь, который принадлежал Киевскому братству. Среди православных монастырей также выделялись Свята-Духовский монастырь в Вильно, Пачаевская лавра, Киево-Печерская лавра и другие.

В течение всего XVII в. во Львове и прилежащих к нему землях не появилось ни одного униатского храма. Город стал одним из крупнейших центров православия в Речи Посполитой. Здесь действовало знаменитое Успенское братство, при котором существовали типография и духовная школа. В течение всего XVII столетия Львовская епархия сохраняла верность православию. Несмотря на все колоссальные усилия польского правительства полностью истребить в Галиции православие не удалось. Единственной святыней, до которой так и не смогли добраться униаты, оставался Манявский скит расположенный в Карпатских горах. Лишь в 1785 г. этот оплот православия был уничтожен. Иконы из разоренной обители были, однако, выкуплены православными львовянами, которые в том же 1785 г. все же добились от австрийской администрации разрешения создать в городе православную общину. Объединившая русинов, греков и румын, она с тех пор уже не прекращала своего существования.

Таким образом, после длительной подготовки различных вариантов текста унии и согласование их с требованиями обеих сторон, на Брестском церковном соборе, который открылся 6 октября 1596 г., был утвержден и принят окончательный вариант унии. Параллельно с Брестским собором открылся Православный собор с участием православных противников унии во главе с К. Острожским и протестантов. Борьба между противниками унии и униатами шла по разным направлениям (как конституционным, так и неправомерным). Противники развернули настоящий антиуниатский протест, имея в своих рядах казачество и принудив правительство пойти на некоторые уступки православному населению.

VI. Итоги унии

1) Итоги Брестского варианта церковной унии.

Таким образом, несмотря на то, что определенная часть белорусско-украинского общества поддержала идею унии, его большинство, в первую очередь православное, ее отвергла. Хотя уния и имела довольно существенные и органичные духовно-культурные корни в жизни белорусского и украинского народов, ее брестский вариант, который готовился в тайне от широкого общества, имел ярко выраженную политическую окраску. Он, по существу, предусматривал исчезновение православия как самостоятельного религиозного вероисповедания в пределах Речи Посполитой, разрыв традиционных духовно-культурных связей. Он также предусматривал административно-командное введение унии, которое в ситуации отказа большей части общества ее принять превращалось в принуждение, насилие и чуть не привело к гражданской войне.

Уния ставила одной из своих задач отрыв западного православия от восточного. Но правительство Речи Посполитой не смогло защитить ни собственность, ни религиозные права белорусских православных. В результате это привело к обратному эффекту: те начали искать защиты у России. В итоге уния бросила западное православие в руки Москвы, заставила многих белорусских и украинских священников служить интересам московской православной церкви и российского самодержавия.

Судьба унии, возможно, стала бы более удачной, если бы были соблюдены два условия. Первое – уния реализовывалась постепенно и добровольно, без дискриминации и принуждения, в связи с чем этот процесс необходимо было растянуть на несколько столетий. Второе – униатство должно было стать вероисповеданием не только демократических слоев, но и белорусских и украинских магнатов и шляхты, тогда бы оно стало вероисповеданием национальным.

2) Судьба униатской церкви (XVII-XXI века).

Как свидетельствуют исследователи, на присоединенных к Российской империи землях в результате первого раздела Речи Посполитой (1772) насчитывалось около 100 тысяч католиков, 300 тысяч православных и около 800 тысяч униатов. На первом этапе политика России на новых землях была весьма толерантна: указами Екатерины II от 1772 г. католикам и униатам была дана “ничем не ограниченная” свобода вероисповедания, при условии, что они не будут склонять к своей вере православных. На практике эта свобода ограничивалась, правительство и православные иерархи делали все, чтобы вернуть униатов к “религии предков”. В результате на протяжении 1781-1783 гг. В православие перешло около 200 тысяч униатов.

После второго раздела Речи Посполитой (1793) начинается более решительное наступление на униатство. По инициативе Екатерины II Синодом была разработана программа постепенной ликвидации унии. При Екатерине II в православие были переведены около 1,5 млн. униатов, ровно половина всех униатов.

После восстания 1830-1831 гг., в котором принимали участие католики и униаты, правительством был взят курс на упразднение униатства как вероисповедания и присоединение его к православной церкви. 12 февраля 1839 г. на униатском соборе в Полоцке под давлением царского правительства был подписан акт о “добровольном” присоединении униатов к православной церкви, который был одобрен Николаем I. Униатские епархии были ликвидированы, но переход униатов в православие растянулся до 50-х гг. XIX в.

Несмотря на политику дискриминации, которую проводили царское правительство и православная церковь в отношении белорусских униатов, униатская идея сохранилась в народном сознании. После принятия правительством Декрета о веротерпимости (17 апреля 1905 г.) начался массовый переход православных белорусов, бывших униатов, в католичество. Февральская революция 1917 г. тоже вызвала активизацию униатского движения. На территории Западной Беларуси начали возникать униатские общины, которые являлись носителями белорусского национального самосознания (при общинах существовали школы, драмкружки, издавались журналы на белорусском языке), поэтому польские власти относились к ним с подозрением и мешали их деятельности.

После объединения Западной Беларуси c БССР униатство перешло на нелегальное положение, но во время немецкой оккупации вновь было легализировано. На греко-католическом соборе в марте 1946 г. в Львове было принято постановление о ликвидации унии и присоединении униатов к православной церкви.

С конца 80-х гг. XX в. в Беларуси началось новое возрождение униатской церкви.

Сегодня в Беларуси действует ряд униатских церквей. Центром современной греко-католической церкви является католическая церковь апостолов Петра и Павла в Лондоне. За границами Беларуси насчитывается около пяти тысяч униатов-белорусов. После объявления независимости Беларуси возникли соответствующие условия для возрождения греко-католической церкви. На сегодняшний день в Беларуси она имеет 17 парафий во главе с архимандритом Сергеем Гаеком и примерно три тысячи приверженцев. В Брестской области действуют 3 официально зарегистрированные парафии – в Бресте, Барановичах и Ивацевичах. Кроме того, существует еще несколько греко-католических округов в других городах области. В стадии регистрации находится униатская громада в Пинске.

Таким образом, брестский вариант церковной унии имел агрессивный и ярко выраженный характер и предусматривал обязательное введение униатства, не важно какими методами (правомерными или насильственными). Также форсирование унии было большой политической ошибкой правительства Речи Посполитой, поскольку вместо того, чтобы стать миротворцем и посредником между противниками и сторонниками унии, правительство полностью поддержало унию, вызвав тем самым еще большее обострение конфессиональной ситуации.

Но вместе с тем необходимо обратить внимание и на позитивные моменты в деятельности униатской церкви. Нужно отметить достижения в области культуры, образования, книгопечатания, архивно-библиотечного дела, развития искусства. В униатских школах, которые открывались на территории Беларуси, вместе с латинским и польским языками изучались греческий, церковнославянский и белорусский языки. На этих же языках печатались униатские книги. При униатских монастырях создавались богатые книгохранилища, библиотеки, где были собраны издания по разным областям знаний и на разных языках.

Исследователями отмечаются самобытность, новаторство, демократизм униатского искусства (иконопись, архитектура, музыка, скульптура, прикладное искусство, книжная графика), с которым связано появление оригинального стиля – «виленского барокко».

Значительный вклад внесло униатство в развитие белорусского языка, используя его в церковных сказаниях, школьном обучении, популярной религиозной и полемичной литературе.

Униатству принадлежит определенная заслуга в формировании национального самосознания, становлении идеи белорусского Возрождения.


ЗАКЛЮЧЕНИЕ

История религиозно-церковной унии на отечественной почве началась не со знаменитого Брестского собора, который произошел в октябре 1596 года. Ее истоки восходят к XIII – XIV вв., началу создания белорусско-литовско-украинского государства – Великого Княжества Литовского. Именно в этот период перед народами ВКЛ и их лидерами встали две глобальные задачи: укрепление политической и сохранение духовно-культурной независимости. В свете этих задач и рассматривается насыщенная и драматичная история отечественной и религиозно-церковной жизни.

С самого начала идея церковной унии имела ряд отрицательных моментов. Во-первых, она была политически и идеологически связана с геополитическими и конфессиональными планами Рима, католической церкви, польских светских и духовных феодалов, контрреформационного движения. Во-вторых, она предусматривала форсирование униатской идеи. В-третьих, церковная уния противоречила убеждениям и желанию широких слоев белорусско-украинского общества.

Вмешательство государственной власти привело к тому, что религиозный конфликт стал приобретать характер политического столкновения между государством и православным населением Речи Посполитой, которое воспринимало действия власти как посягательство на традиционное право свободно исповедовать свою религию. Православное духовенство и дворянство предприняли ряд попыток убедить правящие круги Речи Посполитой отказаться от такой политики как незаконной, нарушающей традиционные нормы права и вредной для самого государства. Однако все эти обращения были безрезультатны - власть все шире прибегала к мерам принуждения и все чаще сталкивалась с вооруженным отказом повиноваться со стороны православных, особенно казачества. Таким образом, на религиозный, а затем политический конфликт наложился конфликт национальный.

Заключение Брестской унии стало источником многих трагических для православия событий на западнорусских землях, где православные в течение десятилетий подвергались преследованиям за свои убеждения, насильственно принуждались к отказу от своей веры. Уния вызвала к жизни кровавые конфликты между приверженцами разных исповеданий и представителями разных народов, продолжающиеся и в настоящее время.

400-летний драматичный опыт реализации идеи церковной унии много чему учит. В первую очередь тому, что нельзя в одночасье ломать веками складывающуюся историческую жизнь народа, его традиции, устои, ценности; что путь к общественному согласию нации, государства, человечества лежит через взаимную терпимость, уважение к иноверству и инакомыслию, через свободный и добровольный выбор.


СПИСОК ИСПОЛЬЗОВАННЫХ ИСТОЧНИКОВ.

1. Падокшын С.А. Унія. Дзяржаўнасць. Культура: (філас.-гіст. аналіз)/С.А. Падокшын; рэд. А.С. Майхровіч. – Мінск: Бел. Навука,1998.

2. “З гiсторыi унiяцтва Беларусi (да 400-годдзя Брэсцкай унii)”. Мн., 1996.

3. Владислав Петрушко //ПРАВОСЛАВИЕ И КАТОЛИЧЕСТВО НА ЗАПАДНОЙ УКРАИНЕ/22.07.2003. //http://ricolor.org/europe/ukraina/mp/prav_kat/

4. Газета “Дзедзіч” № 2 (41) (красавік, 2007 г.) // http://dzedzich.org/

5. Марозава С.В. Берасцейская царкоўная унія 1596 г. у беларускай гістарыяграфіі //http://pawet.net/book/marozava/gistaryiagrafia.html/

6. О подготовке Брестской унии 1596 г. (комментарий в русле истории) //http://www.sedmitza.ru/text/413423.html/

7. “Дзейнасць уніяцкай царквы ў кансалідацыі беларускага народа (частка I, к БНР) //http://nashaziamlia.org/2006/05/18/103/

В нач. 90-х гг. XVI в. эти предложения привлекли к себе пристальное внимание правосл. епископов Киевской митрополии, что явилось следствием внутреннего кризиса правосл. Церкви на украинско-белорус. землях во 2-й пол. XVI в. Одним из важнейших его проявлений стал рост напряженности в отношениях между епископами и паствой. В результате политики католич. правителей Речи Посполитой с сер. XVI в. распространилась практика раздачи епископских кафедр светским людям в качестве вознаграждения за оказанные услуги. Поставленные т. о. иерархи, не подготовленные к исполнению архипастырских обязанностей, озабоченные прежде всего обогащением себя и своих родственников, ведшие неподобающий образ жизни (нек-рые из них имели наложниц), все больше вызывали к себе враждебное отношение паствы. В епископах видели одно из главных препятствий на пути проведения преобразований, к-рые позволили бы сохранить и укрепить позиции Православия.

Особенно активно проявляли свое недовольство правосл. дворянство и объединения правосл. мещан - братства. Мн. братства энергично добивались, в ряде случаев успешно, своего освобождения из-под власти епархиальных архиереев и подчинения К-польскому Патриарху. В 1585 г. галицкие дворяне потребовали от митр. Онисифора не хиротонисать во епископа тиуна Стефана Брылинского, получившего от короля Перемышльскую кафедру. В 1586 г. Львовское братство направило К-польскому Патриарху Феолипту II послание с обличением пастырей, к-рые выступают против «учения и учащих» и не только не наставляют на путь истины недостойных священников, но и покрывают их беззакония. С 1590 г. на церковных Соборах стал обсуждаться вопрос о проведении преобразований (см. Брестские Соборы). Поведение епископов и их обращение с церковным имуществом на Соборах подвергались резкой критике. В 1592 г. Львовское братство обратилось к К-польскому Патриарху Иеремии II с просьбой прислать в Речь Посполитую Патриаршего экзарха для суда над недостойными архиереями и смещения их с кафедр. С такой же просьбой братство неоднократно обращалось и к Александрийскому Патриарху Мелетию Пигасу , прося его посетить Киевскую митрополию.

В этих условиях у епископов Киевской митрополии постепенно стало складываться решение избежать угрожавшей им опасности, подчинившись власти Римского папы. Непосредственным толчком к соответствующим действиям укр. архиереев стали решения Собора 1590 г., в к-рых были осуждены действия Львовского еп. Гедеона (Балабана) по отношению ко Львовскому братству, пользовавшемуся поддержкой К-польского Патриарха и Киевского митр. Михаила (Рогозы) . Недовольные решениями Собора, епископы Луцкий, Холмский, Турово-Пинский и Львовский 24 июня 1590 г. обратились к кор. Сигизмунду III с посланием, в к-ром выразили желание подчиниться власти папы как «единого верховного пастыря и истинного наместника св. Петра», если король и папа утвердят «артикулы», к-рые представят им епископы. По-видимому, подготовленный документ был передан королю не сразу, т. к. ответ Сигизмунда последовал лишь в марте 1592 г. Очевидно, епископы решились пойти на такой шаг, когда им стало известно о намерениях Львовского братства добиваться от К-польского Патриарха суда над ними. Одобрив намерения епископов, король гарантировал, что они сохранят за собой свои кафедры, какие бы санкции по отношению к ним не предприняли Патриарх и митрополит. Король выполнил свое обещание и не допустил исполнения соборного решения о смещении Гедеона (Балабана) с кафедры.

Обеспечив себе т. о. сохранение своих кафедр, епископы предприняли новый шаг в сторону унии, им стало совещание в г. Сокале, состоявшееся в кон. 1594 г. Cовещанию предшествовал церковный Собор, на к-ром представители братств и правосл. дворянства вновь подвергли критике действия архиереев, вышеназванные епископы и присоединившийся к ним Перемышльский епископ на Собор не явились. На совещании в Сокале были составлены адресованные папе Клименту VIII «артикулы» - условия, на к-рых епископы соглашались на подчинение Киевской митрополии его власти. Текст документа, по-видимому, дополнялся и переделывался, после того как в кон. 1594 г. к вышеназванным епископам присоединились митр. Михаил и Владимиро-Волынский еп. Ипатий (Потей) , к-рые ранее в переговорах о заключении унии не участвовали. Оба иерарха изменили свою позицию, оказавшись в изоляции перед лицом остального епископата и обеспечивая себе поддержку со стороны королевской власти.

На съезде епископов в июне 1595 г. был составлен окончательный текст условий, на к-рых они соглашались подчиниться власти папы (из 33 статей). Условия были обращены к папе и к кор. Сигизмунду III. Король должен был способствовать утверждению власти епископов над православными: подчинить приходское духовенство, школы, типографии и братства - назначать на епископские кафедры тех, кого рекомендует Собор епископов, и добиться уравнения в правах католич. и принявшего унию духовенства. Что касается папы, то условия предусматривали, что Киевский митрополит будет поставлять епископов, а епископы будут избирать митрополита без к.-л. вмешательства со стороны Рима. Папа должен был дать обязательство оставить православных Киевской митрополии «при вере, и сакраментах, и всех церемониях, и обрядах Церкви Восточное, ни в чем их не нарушаючи». Ряд статей предусматривал запрет перехода из унии в католицизм, превращения правосл. храмов в костелы, принуждения «русских» к переходу в католичество при заключении браков между «римлянами» и «русью».

Текст условий показывает, что вовсе не убеждение в правильности католич. вероучения привело епископов к решению о подчинении власти папы. Благодаря этому шагу они надеялись обеспечить себе поддержку польск. католиков и, опираясь на нее, укрепить свою власть над непокорной паствой; уравнение в правах с католич. епископами должно было дать униатским архиереям определенную автономию по отношению к гос. власти. Западнорус. архиереи рассчитывали, что отношения с Римом будут строиться по образцу отношений с К-польскими Патриархами, к-рые не вмешивались во внутреннюю жизнь Киевской митрополии. На католиков западнорус. архиереи, даже приняв решение подчиниться Риму, продолжали смотреть как на приверженцев иного исповедания. Шаги к сближению с Римом предпринимались епископами в глубокой тайне от паствы.

Осуществить этот план было невозможно. Правда, в грамотах от 30 июля и 2 авг. 1595 г. король обещал содействовать укреплению власти униатских епископов над паствой и согласился, чтобы кандидатов на освободившиеся кафедры предлагал ему Собор епископов, но никаких решений об уравнении в правах униатского и католич. духовенства принято не было. Решение этих вопросов зависело от позиции польск. католич. Церкви, а ни она, как орг-ция, ни ее глава архиепископ Гнезненский в переговорах о заключении унии не участвовали и никаких обязательств в этом отношении на себя не взяли. В дальнейшем католич. Церковь в Речи Посполитой твердо отстаивала свое привилегированное положение в гос-ве и не желала идти на уступки униатам, отдавая предпочтение прямому обращению православных в католицизм.

Весной 1595 г. намерения западнорус. епископов были преданы гласности и вызвали протесты со стороны православных, возмущенных изменой епископов своей вере из-за низменных, материальных побуждений, нарушением епископами клятвы верности своему верховному пастырю К-польскому Патриарху, а также тем, что столь важные решения были приняты на тайных совещаниях, без созыва Собора. Влиятельнейший правосл. вельможа кн. К. К. Острожский обратился к королю с просьбой о созыве Собора для обсуждения сложившегося положения, но король, не ожидая от такого шага желаемых результатов, просьбу отклонил, предложив православным повиноваться своим епископам. 25 июля 1595 г. кн. Острожский обратился к православным Речи Посполитой с окружным посланием, напечатанным в Острожской типографии, с призывом следовать вере отцов и не признавать епископов, согласившихся на унию с Римом, своими пастырями. Против унии выступили братства, значительная часть правосл. шляхты, мн. представители духовенства (особенно резко обличал организаторов унии Стефан Зизаний (см. Зизании)). Под влиянием развернувшегося движения Львовский еп. Гедеон (Балабан) и Перемышльский еп. Михаил (Копыстенский) отказались от участия в переговорах об унии и заявили о своей верности Православию. Находившийся в Яссах экзарх К-польского Патриарха Никифор 17 авг. 1595 г. обратился с посланием к епископам и православным Киевской митрополии. Епископов он призывал покаяться, если же этого не произойдет, Никифор предлагал православным не признавать архиереев-униатов своими пастырями и прислать к нему кандидатов для поставления на епископские кафедры. Западнорус. архиереи оказались в критическом положении: они могли теперь сохранить за собой свои кафедры лишь при поддержке королевской власти, а такая поддержка могла быть оказана лишь после заключения унии, поэтому они стали торопиться с отправкой в Рим послов для совершения торжественного акта «подчинения» Киевской митрополии папе.

В правящих кругах Речи Посполитой под влиянием выступлений противников унии наметились колебания. Нек-рые политики, опасаясь серьезных внутригос. конфликтов, советовали королю согласиться на требование православных о созыве Собора, но король поспешил, напротив, ускорить события, опасаясь, что в случае низложения епископов условия для заключения унии станут еще более неблагоприятными. Представители западнорус. епископата Луцкий еп. Кирилл (Терлецкий) и Владимиро-Волынский еп. Ипатий (Потей) находились в Риме в нояб. 1595 - марте 1596 г. Папа Климент VIII и его окружение в полной мере воспользовались затруднительным положением западнорус. архиереев. Представленные ими «статьи» официально не обсуждались, об их утверждении папой и принятии им на себя к.-л. обязательств по отношению к духовенству Киевской митрополии не было и речи. Киевская митрополия не рассматривалась в Риме как равноправная участница диалога, с к-рой можно обсуждать к.-л. вопросы и заключать соглашения. К епископам Киевской митрополии и их пастве отнеслись как к «схизматикам», ходатайствующим о их принятии в лоно Римской Церкви. Акт «подчинения» Киевской митрополии Риму имел место 23 дек. 1595 г., когда западнорус. епископы зачитали перед папой исповедание веры «по форме, предписанной для греков, возвращающихся к единству с Римской Церковью».

Сохранение духовенством Киевской митрополии к.-л. особенностей правосл. вероучения исключалось. В тот же день папа издал апостольскую конституцию «Magnus Dominus», к-рой удовлетворил просьбу западнорус. епископов о сохранении в Киевской митрополии своих обрядов и церемоний, но «если только эти обряды не противоречат истине и учению католической веры и не препятствуют общению с Римской Церковью». 23 февр. 1596 г. Климент VIII дал разрешение ставить епископов и митрополита на месте, но каждый новый митрополит должен был обращаться в Рим за утверждением в сане (булла «Decet Romanum pontificem»). Т. о., добиться к.-л. закрепленной в правовых документах особой автономии для своей Церкви епископам не удалось. Принятые в Риме решения положили начало неуклонному процессу ограничения автономии униатской Церкви и сближению ее внутренней жизни с порядками в др. частях католич. мира. Вместе с тем Римская курия не предприняла усилий для того, чтобы побудить польск. Церковь согласиться на уравнение в правах католич. и униатского духовенства.

Результаты пребывания епископов в Риме оттолкнули от них часть сторонников унии, к-рые соглашались на «соединение» с Римом на условиях, выработанных летом 1595 г., и обеспечили полную поддержку короля. Местным органам власти Сигизмунд III предписал подавлять выступления противников унии «яко бунтовников и взрушителев покою посполитого». На Собор, созванный митр. Михаилом (Рогозой) в Бресте 6 окт. 1596 г., король направил своих представителей во главе с троцким воеводой М. К. Радзивиллом, к-рого сопровождал военный отряд.

Выступления православных против организаторов унии продолжались. На сейме, собравшемся в Варшаве весной 1596 г., кн. Острожский, выступая от имени правосл. дворян ряда воеводств Речи Посполитой, требовал, чтобы у епископов, отступивших от Православия, были отобраны кафедры и переданы православным в соответствии с традиц. нормами права. Когда король отказался это сделать, правосл. дворяне, противники унии, заявили, что не признают организаторов унии своими епископами и не позволяют им осуществлять свою власть на территории их владений. Против унии продолжали выступать и братства, и мн. представители духовенства.

После того как в Бресте на назначенный митрополитом Собор съехались сторонники унии, противники унии под защитой войск кн. Острожского собрались также в Бресте на свой Собор: помимо 2 епископов, противников унии, в нем участвовали настоятели наиболее чтимых правосл. мон-рей: Киево-Печерского , Супрасльского , Жидичинского , Дерманского , послы «всего виленского клироса», мн. протопопы - представители духовенства своих округов, правосл. дворяне во главе с кн. Острожским, послы братств. Собор возглавил приехавший по приглашению кн. Острожского протосинкелл Никифор, в работе Собора участвовал представитель Александрийского Патриарха Кирилл Лукарис (впосл. Кирилл I , Патриарх К-польский).

Никифор и Кирилл предложили митр. Михаилу и епископам явиться к ним для обсуждения организации соборных заседаний. Однако митрополит 6 окт. открыл Собор в храме свт. Николая, не пригласив туда противников унии. Православные собрались на особое совещание в доме одного из брестских дворян, т. к. все храмы в Бресте по приказу Ипатия (Потея) были для них закрыты. Представители православных, осудив решение митрополита созвать Собор вместе с представителями католич. Церкви, отказали ему в повиновении и угрожали лишением сана, если он не покается. Представители короля пытались оказать давление на православных, чтобы те подчинились митрополиту и приняли участие в созванном им Соборе, но успеха не добились. 9 окт. 1596 г. Собор, созванный митрополитом, провозгласил присоединение Киевской митрополии к Римской Церкви. В этот же день на правосл. Соборе протосинкелл Никифор объявил о низложении заключивших унию епископов. 10 окт. митрополит и епископы лишили сана противников унии и предложили королю раздать их епископства, мон-ри и храмы др. лицам.

Так в окт. 1596 г. произошел раскол духовенства и мирян Киевской митрополии на сторонников и противников унии с Римом. К последним в то время принадлежало очевидное большинство и клира, и паствы. С самого начала подготовка к заключению унии осуществлялась при активном участии гос. власти, взявшей инициаторов унии под свою защиту. Гос. власть сыграла важную роль и в дальнейшем обострении конфликта вокруг заключения унии, первоначально касавшегося лишь религ. жизни православных Киевской митрополии. В дек. 1596 г. король потребовал от своих подданных не признавать Гедеона (Балабана) и Михаила (Копыстенского) епископами и избегать общения с ними, воеводам и старостам, представителям власти на местах, было предписано «карать» тех, кто будет выступать против унии. В дальнейшем гос. власть последовательно исходила из того, что единственной законной Церковью для правосл. населения Речи Посполитой является униатская. Ради достижения этой цели гос. власть обращалась к разным мерам давления и принуждения. Храмы, в к-рых служили священники, не принявшие унии, закрывались (запечатывались), священники лишались приходов, а население оставалось без богослужения, пока не соглашалось принять униатского священника. Правосл. мещане не допускались в состав городских магистратов, а ремесленники исключались из цехов. В случае сопротивления власть обращалась к вооруженной силе. Из-за особенностей гос. строя Речи Посполитой кор. Сигизмунд III мог использовать такие меры лишь во владениях, находившихся под его прямой властью, прежде всего в городах, но к аналогичным мерам широко прибегали в своих владениях на украинско-белорус. землях католич. вельможи и прелаты. Униатское духовенство активно побуждало власть к проведению такой политики, указывая возможные объекты для осуществления мер принуждения, Римская Церковь поддерживала ее своим духовным авторитетом.

Вмешательство гос. власти привело к тому, что религ. конфликт стал приобретать характер политического столкновения между гос-вом и правосл. населением Речи Посполитой, к-рое воспринимало действия власти как посягательство на традиционное право свободно исповедовать свою религию. Правосл. духовенство и дворянство предприняли ряд попыток убедить правящие круги Речи Посполитой отказаться от такой политики как незаконной, нарушающей традиц. нормы права и вредной для самого гос-ва. Однако все эти обращения были безрезультатны - власть все шире прибегала к мерам принуждения и все чаще сталкивалась с вооруженным отказом повиноваться со стороны православных, особенно казачества. По мере того как западнорус. правосл. знать ради карьеры изменяла вере своих отцов, а часть ее владений вообще перешла в руки польск. католической знати, Речь Посполитая все больше воспринималась ее православным «русским» населением как гос-во, к-рое находится в руках поляков, использующих гос. власть, чтобы силой навязать «русскому» народу свою веру. Т. о., на религ., а затем политический конфликт наложился конфликт национальный, что привело ко взрыву в сер. XVII в.

Заключение Б. у. стало источником мн. трагических для Православия событий на западнорус. землях, где православные в течение десятилетий подвергались преследованиям за свои убеждения, насильственно принуждались к отказу от своей веры. Уния вызвала к жизни кровавые конфликты между приверженцами разных исповеданий и представителями разных народов, продолжающиеся и в наст. время. (Об истории униатской Церкви на украинско-белорус. землях см. в ст. Униатство .)

На Полоцком Соборе 1839 г. униаты Белоруссии и Волыни были воссоединены с правосл. Церковью. Львовский Собор 1946 г. принял акт об упразднении Брестской унии.

Ист.: АЗР. Т. 4 (1588-1632); Documenta unionis Berestensis eiusque auctorum (1590-1600) / Ed. A. G. Welykyj. R., 1970.

Лит.: История РЦ. Кн. 5; Левицький О . Внутрiшнi стан Захiдньоруськоï Церкви в Польско-Литовскоï державi в к. XVI ст. та унiя // Руська iсторична бiблiотека. Львiв, 1900. Т. 8; Жукович П . Н . Сеймовая борьба православного западнорусского дворянства с церковной унией (до 1619 г.). СПб., 1901; Грушевський М . С . Iсторiя Украïни - Руси. Львiв, 1907. Т. 6; Likowki E . Unia Brzeska. Warsz., 1907; Lewicki K . Książe Konstantyn Ostrogski a unia Brzeska 1596 г. Lwów, 1933; Chodynicki K . Kościół prawosławny a Rzeczpospolita Polska: Zarys historyczny, 1370-1632. Warsz., 1934; Halecki O . From Florence to Brest (1439-1596). Hamden, 1968; Великий А . Г . 3 лiтопису християнскоï Украïни. Рим, 1971. Т. 4; Iсторичний контекст, укладення Берестейскоï унiï i перше поунiйне поколiння / Пiд ред. Б. Гудзяка. Львiв, 1995; Дмитриев М . В ., Флоря Б . Н ., Яковенко С . Г . Брестская уния 1596 г. и обществ.-полит. борьба на Украине и в Белоруссии в кон. XVI - нач. XVII в. М., 1996. Ч. 1: Брестская уния 1596 г.: Ист. причины; Гудзяк Б . Криза i реформа: Киïвська митрополiя, Царгородський Патрiархат и генеза Берестейськоï унiï. Львiв, 2000.

Б. Н. Флоря

Бре́стская у́ния 1596 года - присоединение к Римско-католической церкви ряда епископов и епархий православной Киевской митрополии (в составе Константинопольского патриархата) во главе с «митрополитом Киевским, Галицким и всея Руси» Михаилом Рогозой на территории Речи Посполитой в соответствии с решениями Собора в Бресте в октябре 1596 года. В результате унии, традиционное православие оказалось в Речи Посполитой в положении нелегальной и гонимой властями конфессии[неавторитетный источник?].Содержание [убрать]

1 История заключения Брестской унии

2 Реакция и последствия

3 См. также

4 Примечания

5 Литература

[править]

История заключения Брестской унии

Начиная с 1590 года в Бресте проходили соборы западно-русской церкви, имевшие цель наладить течение церковной жизни в неблагоприятных условиях, создавшихся для православных в Речи Посполитой; одной из наиболее острых проблем было приниженное положение православного епископата, который, с одной стороны, находился в зависимости от католической шляхты, с другой стороны, был ограничен правами патроната православного шляхетства и магнатов. На соборе епископов в июне 1595 года был окончательно выработан текст («артикулы») 33-х статей, содержащих условия, обращённые к Римскому Папе и Сигизмунду III, на которых епископат Киевской митрополии готов был признать церковную юрисдикцию папы. В частности, согласно артикулам, Киевский митрополит должен был сохранить право ставить епископов митрополии без вмешательства Рима.

Киевская митрополия была формально подчинена Римскому Папе в соответствии с изданной папой Климентом VIII 23 декабря 1595 года апостольской конституцией Magnus Dominus во время пребывания в Риме двух западнорусских епископов - Владимиро-Волынского Ипатия Потея (Поцея) и Луцкого Кирилла Терлецкого, которые были приняты в лоно католицизма на общих для «схизматиков» основаниях. Изданная 23 февраля 1596 года тем же папой булла Decet Romanum Pontificem, адресованная митрополиту Киевскому, Галицкому и всея Руси Рогозе, не предусматривала автономии для Киевской митрополии, но гарантировала уважение к восточной литургической традиции и невмешательство светских властей в епископские назначения.

Акт об унии был принят 9 октября 1596 года на Соборе, открывшемся 6 октября 1596 года в Бресте, на котором присутствовали митрополит Киевский, Галицкий и всея Руси Михаил Рогоза, епископы Луцкий, Владимиро-Волынский, Полоцкий, Пинский и Холмский, а также папские и королевские послы и ряд западнорусских епископов. Согласно составленной соборной грамоте, епископы перечисленных православных епархий признавали своим главой Римского Папу, принимали римско-католическую догматику, но сохраняли богослужение византийского обряда на церковнославянском языке.

Целью Брестской унии являлось обеспечение для высшего православного духовенства на территории Речи Посполитой положения, равного положению католического духовенства, а также ослабление притязаний Русского царя на земли Юго-Западной Руси.

Заключение Брестской унии привело впоследствии к созданию Украинской грекокатолической церкви и Белорусской грекокатолической церкви. Последователей унии (лиц, придерживавшихся грекокатолического (униатского) исповедания) за пределами Речи Посполитой прозвали «униатами», причём термин часто имел негативную коннотацию при употреблении иерархами Русской и Украинской православных церквей, а также в официальной советской историографии.

Почтовая марка «350 лет Брестской унии»

[править]

Реакция и последствия

Заключение Брестской унии вызвало протесты крестьян, казаков[источник не указан 23 дня], мещан, части православной шляхты, низшего духовенства, а первоначально - и некоторых крупных украинских феодалов. Активным противником и борцом с унией стал игумен брестского Свято-Симеоновского монастыря преподобномученик Афанасий.

Двое из семи западнорусских епископов - львовский Гедеон Балабан и перемышльский Михаил Копыстенский - отвергли решения униатского Собора, вскоре после его начала открыв заседания православного Собора. Возглавил так православный Собор, на котором присутствовало больше мирян, чем духовенства, включая князя Константина Острожского, Экзарх Вселенского Патриарха великий протосинкелл Никифор, имевший на то письменные полномочия от Патриарха. Позиция участников Собора заключалась в том, что без воли Собора восточных Патриархов местный Собор в Бресте не вправе решать вопрос об унии.

"Православный Брестский Собор" отверг унию, отлучил униатских епископов и лишил их сана, восстановил в священстве тех священнослужителей, которые были лишены его епископами - приверженцами унии.

Через 24 года, в октябре 1620 года Иерусалимским Патриархом Феофаном III, с помощью гетмана Сагайдачного и Войска Запоржского поставил православного Киевского митрополита Иова Борецкого, а также епископов на все вакантные кафедры православной Киевской митрополии, на Украине была восстановлена православная иерархия Константинопольского патриархата.

В некоторых регионах, в основном на Украинском Подоле, благодаря т. н. «миссии Садковского», вернулось в православие более 2300 храмов. Однако в остальных районах, особенно в Белоруссии и на Волыни, уния пустила глубокие корни, и вместе с декретом Екатерины II о свободе религии, а также тем фактом, что украинцы и белорусы были в основном крепостными польских магнатов, о переходе назад в православие не было и речи.

 
Статьи по теме:
Желчегонные препараты - классификация, показания, особенности применения, отзывы, цены
Спасибо Сайт предоставляет справочную информацию исключительно для ознакомления. Диагностику и лечение заболеваний нужно проходить под наблюдением специалиста. У всех препаратов имеются противопоказания. Консультация специалиста обязательна! В настоящ
Энергообеспечение мышечной деятельности
Рубрика "Биохимия". Аэробные и анаэробные факторы спортивной работоспособности. Биоэнергетические критерии физической работоспособности. Биохимические показатели уровня развития аэробной и анаэробных составляющих спортивной работоспособности. Соотношение
Кислотно-основной гомеостаз
1. Хромопротеины, их строение, биологическая роль. Основные представители хромопротеинов. 2. Аэробное окисление у, схема процесса. Образование пвк из глю, последовательность р-ий. Челночный механизм транспорта водорода. 4. Индикан мочи,значение исследов
Святой апостол андрей первозванный (†ок
Святой апостол Андрей Первозванный был родом из города Вифсаида, который располагался на берегу Галилейского моря. Его отца звали Иона, и он занимался рыбной ловлей. Этим он кормил семью. Повзрослевшие сыновья Симон и Андрей присоединились к отцу и тоже с